Имея на руках три сотни фунтов и немного сбережений, она придумала себе умершего мужа, сменила имя и в возрасте двадцати одного года отправилась в Лондон, чтобы приступить к осуществлению своего грандиозного плана.
План был простым. Обретя независимость, Софи станет хозяйкой собственной судьбы. Если независимость – то есть деньги – и не была ключом к счастью, то являлась одним из основных его факторов. И Софи начала зарабатывать деньги тем, что умела лучше всего: азартными играми."
"Порой она испытывала угрызения совести от того, что живет за счет проигрыша других.
Софи хорошо помнила предостережения миссис Эптон относительно азартных игр. Ведь директриса была права, утверждая, что это очень опасное занятие. Несмотря на то что Софи разработала четкие правила, не позволяющие проигрывать слишком много, на кону зачастую стояла ее репутация.
Подруги за нее переживали. С того самого дня, как десять лет назад они впервые встретились в академии миссис Эптон, Софи, Элиза и Джорджиана были неразлучны.
Они еженедельно обменивались письмами, когда Софи устроилась работать к леди Фокс, а ее подруги завершали обучение в академии. Теперь же они жили в Лондоне – Элиза в доме своего отца в Гринвиче, а Джорджиана со своей компаньонкой графиней Сидлоу, – девушки взяли за правило встречаться за чаем каждые две недели. Обычно чаепития эти проходили в маленьком уютном домике Софи на Альфред-стрит.
– Но ведь ты могла бы вложить деньги в какое-нибудь дело, – часто повторяла Элиза.
– Это надежный способ сохранить их.
– Нет, – решительно возражала Софи. – Играть на бирже гораздо рискованнее, чем в карты.
– У папы неплохо получается, и он хотел бы дать тебе совет, – напоминала Элиза.
Только вот Софи в этих советах не нуждалась. Ведь в отличие от мистера Кросса она не могла позволить себе потерять тысячу фунтов на торгах.
Джорджиана предлагала иное решение проблем Софи:
– Нужно сделать так, чтобы один из посещающих «Вегу» джентльменов влюбился в тебя.
Стерлинг говорит, что сэр Томас Мейфилд просто идеальный кандидат на роль твоего супруга.
Виконт Стерлинг был женихом Джорджианы и частенько высказывал свое авторитетное мнение обо всем на свете.
Слова подруги заставили Софи рассмеяться.
– Томас Мейфилд! Баронет? Ты, наверное, сошла с ума.
– Неужели? – Выразительные зеленые глаза Джорджианы округлились от негодования. Она развернулась к Элизе.
