Завернув в туалет, быстро оглядываю себя в зеркало и отрываю от раны лейкопластырь. Готовлюсь совершить глупость и это маленькая подстраховка.
Я возвращаюсь в дом. Дорогу отлично запомнила. Здесь также тихо, ни души. Если натолкнусь на прислугу, попрошу еще один лейкопластырь. Оправдание слабое, но уж какое есть.
На цыпочках подхожу к кабинету. Сразу становится ясно, что предчувствие меня не обмануло. Речь идет обо мне."
"– Я не обязан слушать от тебя! Ты мне не отец! – звучит раздраженный голос Джамаля.
– Ошибаешься.
Ты обязан меня слушать, – отвечает собеседник с нажимом. – Ты совсем охренел, что решил привести ее сюда? Это точно было лишним.
– Я думал, история с Астаховым в прошлом.
– Ты неправильно подумал, брат.
– Прости… – чувствуется, что Джамаль искренне сожалеет.
Меня бросает в жар.
– Послушай, я понимаю, – произносит Саид мягче. – Она привлекательна. Свежая, губы пухлые, такие трахать сладко. Но подобных можно сотню найти, только пальцами щелкнуть. Ты не можешь встречаться с ней серьезно.
Утоли похоть где-нибудь подальше от нашего дома. Чтобы мать не видела.
– Не смей так говорить про нее, – голос Джамаля дрожит от ярости. – Дарина не обязана отвечать за грехи своего брата, – добавляет упрямо.
В эту минуту мое сердце сжимается от благодарности за защиту и огромной любви к нему.
– Она живет на украденные у нас деньги. Ими оплачено их жилье. Я могу спросить с их семьи долг. Забрать все подчистую. Выкинуть их на улицу, как отрепье. Этого хочешь?
– Ты этого не сделаешь!
– Это решать не нам.
Будет, как скажет Эмир.
– Я не оставлю ее. Она моя девушка. Я люблю ее!
– Ты пожалеешь о своих словах. Только хуже ей сделаешь. Когда натрахаешься с ней, мозги встанут на место. Надеюсь, ждать недолго.
– Нет… мы еще не… Она не такая. Бережет себя до свадьбы. Дарина чистая девочка. Не смей говорить о ней неуважительно!
– Я буду говорить так, как посчитаю нужным, ты меня понял?
Грохот, сдавленное сипение. Покрываюсь ледяным ознобом от ужаса. Что там происходит? Саид применяет физическую силу к Джамалю?
– Мне плевать, можешь хоть из дома меня выгнать!
– Успокойся.
Ты реагируешь не разумно.
– Я люблю ее. По-настоящему, ясно?
– Ты слишком молод, чтобы кидаться такими заявлениями.
– А ты слишком стар, чтобы понять мои чувства!
Больше не могу слушать. Из груди рвутся рыдания. Грубые, мерзкие слова Саида выжигают дыру внутри. На слова о деньгах, о том, что мы должны Байсаровым, в данный момент почти не реагирую.
