Не та блондинка, которую я хотел бы видеть.
Интересно, сколько времени прошло?
Я не мог дольше держать глаза открытыми. Слишком было тяжело. Вернувшись во тьму, я продолжил исследовать свое тело. Из моей второй руки торчала капельница. На животе тоже была повязка. Я помню три пули. Последняя попала в ногу.
– Он только что пришел в себя, Виктор Николаевич, – протараторила девушка.
Я продолжал лежать с закрытыми глазами.
– Дмитрий Сергеевич, вы меня слышите? – прозвучал мужской голос.
И тут кто-то поднял мое веко и принялся светить туда фонарем.
Мои глаза еще больше заболели от яркого света. Несмотря на то, что руки были ватными, а мои действия медлительны, я попытался отмахнуться от него.
– Отвали, – прохрипел я.
Мое первое слово в новой жизни.
– Дмитрий Сергеевич, как вы себя чувствуете? Нам нужно провести полное обследование вашего состояния. Вы были без сознания слишком долго.
– Сколько?
– Почти две недели. Вам очень повезло. Одна пуля прошла в миллиметре от вашего сердца.
– Мой друг? – спросил я, готовясь к самому худшему.
– Ему повезло больше, чем вам. Мы уже позвонили, скоро они будут здесь.
Я тяжело выдохнул, чувствуя облегчение. Никита был жив. Это главное.
Не знаю, сколько прошло времени. Казалось, что я периодически проваливался в сон, то снова приходил в сознание. Отдаленно слышались какие-то голоса, но слов мне было не разобрать. Пучина небытия снова унесла меня за собой в свой темный омут.
– Что, если он больше не придет в себя? – услышал я голос Сани, когда вновь стал приходить в сознание.
– Заткнись, – рявкнул на него Никита. – Димас не умрет.
– Что значит «если»? – прохрипел я, открывая глаза.
– Твою мать, ты реально пришел в себя, – крикнул Саня, склоняясь надо мной. – Чертовски рад видеть тебя снова, мужик.
Я слегка ухмыльнулся, но ничего не ответил. Я тоже был рад видеть их обоих.
– Отвали от него, – гаркнул Никита, хватая парня за плечи. – Что ты навис над ним? Дай ему побольше воздуха.
Я перевел свой взгляд на друга. Он ничем не изменился. Значит, ему действительно повезло больше, чем мне.
– Ты жив…
– Да, брат, – ответил Никита, хватая меня за плечо. – Ты тоже.
Я прикрыл глаза на мгновение, потому что было тяжело держать их открытыми слишком долго.
– Она вернулась? – сразу же спросил я, надеясь услышать утвердительный ответ, но понял, что он будет все же отрицательным.
Она была бы здесь в таком случае.
– Тебе сейчас нужно поправляться. Как только ты встанешь на ноги, мы найдем ее.
Я устало покачал головой.
