Если моя конечная цель сделать так, чтобы она доверилась мне полностью, мне нужно научиться делать то же самое.
– Ты знаешь, кто стоял за этим?
Я лишь коротко кивнул. Не знаю, нужно говорить ей именно эту правду. Готова ли она была к такому?
– Он мертв?
Я снова кивнул. Слава Богу, что она не спросила имя.
– Вот поэтому я боялась приезжать. Ты живешь слишком опасной жизнью. Я не хотела быть в твоем мире, и чтобы мой сын тоже.
– Наш сын, – предупредил я строже.
Мне не нравилась эта фраза. Он «наш». Пусть привыкает к этому.
– Я не хочу быть частью этого. И не позволю Роме жить такой жизнью. Вот почему я не вернулась. Ты не можешь винить меня за это. Я сделала это ради него.
Она продолжала тихо всхлипывать на моей груди, пока я гладил ее по спине успокаивая.
– Это сделал дядя Петя или Максим? – неожиданно спросила она.
Я напрягся. Какого хрена?
– Ответь, – попросила она снова. – Я хочу знать правду.
Аня не смотрела на меня. Я продолжал гладить ее по волосам.
– Я узнала о смерти отца Максима из газет.
Вот почему я не вернулась.
Постойте. Что?
– Писали о том, что он и его охранники были убиты в каком-то загородном доме. Их тела гнили там несколько месяцев, – она всхлипнула и уткнулась носом мне в грудь. – На дяде Пете были найдены следы пыток.
Ее голос сорвался, и я обнял ее крепче.
– Это был ты! – крикнула она, толкая меня в грудь кулаком. – Не смей отрицать. Ты говорил, что именно он подставил моего отца. А потом его находят мертвым. Это чудовищно, Дим. В крайнем случае его можно было просто застрелить, если ты считаешь свой собственный суд правильным.
Но пытки…
Анин голос перешел в рыдания, и я не мог ничего с этим делать. Что я должен был сказать? Она права: я был монстром.
– В конце-концов он получил пулю в голову, – сказал я наконец.
– Это ужасно, Дим. Зачем? Я не понимаю.
– Аня… – на мгновение я запнулся, пытаясь подобрать слова. – Есть вещи, которые ты можешь не понять.
– Вот поэтому я и не вернулась! – она вновь ударила меня в грудь. – Я не хочу, чтобы Рома рос в этом.
Я не хочу, чтобы он становился таким же жестоким, как ты. Твоя жизнь слишком опасна и чудовищна. Я не хотела такой судьбы своему сыну. Этот мир не подходит для нас, а ты никогда не откажешься от этого.
– Взгляни на меня, – попросил я, хватая ее за подбородок, заставляя посмотреть мне в глаза. – Я обещаю, что буду защищать вас до последнего вздоха. Клянусь.
Я стер ее слезы костяшками пальцев и нежно прижался своими губами к ее, чувствуя их солоноватый вкус.
