В таких делах оступиться может каждый. Ты молодец в том, что делаешь. Я пять лет наблюдал за тобой и гордился тем, как ты справляешься. Уверен, ты найдешь способы все уладить, а мы будем рядом с тобой на каждом этапе.
Я хлопнул его по руке, благодаря за поддержку. Михаил оставил меня одного. Я долго сидел и обдумывал планы безопасности и возмездия. Наконец, я взял телефон и набрал Никите. Он не заставил себя долго ждать.
– Ты можешь с Саней приехать ко мне? – сразу же спросил я.
– Я обещал Илье провести вечер с ним, потом приеду.
Или это срочно?"
"– Хватит кормить меня враньем. Я в курсе событий, – устало ответил я.
– Так и знал, что этот старый мудак не сможет долго держать свой язык за зубами, – буркнул Никита.
– Я жду вас обоих.
Отключившись, я взглянул на телефон. Как только он вновь попал мне в руки в больнице, я поставил Анину фотографию на заставку. Она светилась от счастья. Волосы развевал ветер, а губы растянулись в улыбке. Это был случайный кадр, не постановочный. Я стиснул зубы от осознания того, что этот снимок сделал Макс.
Я скинул ее фото с его телефона.
Она дарила ему улыбки, поцелуи, объятия, но самый ценный подарок ухватил я. Не помню, чтобы хоть раз видел ее такой счастливой, как на этом фото. Обычно она злилась или грустила.
Погодите.
Было.
То самое утро, когда мы прыгнули с тарзанки. Аня была напугана до жути, но потом улыбка не сходила с ее лица весь наш путь домой. Хотел бы я, чтобы она не уезжала, потому что был готов делать ее счастливой каждый день, но сейчас это невозможно.
Ане нельзя пока возвращаться. Это небезопасно. Я отправляюсь за ней сразу же, как расправлюсь с ублюдками.
Из моих мыслей меня вывел звук открывающихся ворот. Я оглянулся и увидел, как два черных автомобиля один за другим заезжали во двор.
Я встал и направился к друзьям. Обменявшись рукопожатиями, мы молча зашли в дом, по пути встретив Михаила. Никита пронзил его взглядом, но промолчал. Я толкнул друга в плечо.
– Не смей винить его. Я бы вас всех на хрен уничтожил, когда узнал, что вы все мне лгали долгое время.
Мы прошли в гостиную и уселись на диван. Я поморщился от тупой боли в груди и потёр место ранения.
– Ты похож на старого ворчливого деда, – ухмыльнулся Саня.
Я швырнул в него подушку, которую он с ловкостью поймал.
– Да пошел ты.
Никита сел напротив и скрестил руки на груди.
– Ты не можешь нас винить в том, что мы многое скрыли от тебя. Особенно после того, как ты самостоятельно пытался встать с больничной койки в реанимации.
