Причина самая прозаическая: его создатель, сэр Артур Конан Дойль, был убежденным сторонником спиритизма и ни за что не стал бы его компрометировать посредством своего героя. Впрочем, кто только не был горячим сторонником спиритизма, эпидемией захлестнувшего весь мир… Люди во всех прочих отношениях вполне вменяемые, знаменитые, иногда с учеными званиями. В армии среди офицеров давно уже кружили слухи, что дань столоверчению отдают и некоторые генералы, причем отнюдь не недалекие военные бездарности (чаще всего молва поминала генерала Брусилова).
Более того, люди, знакомые с великосветскими сплетнями Петербурга, клятвенно уверяли, что вызыванием духов увлекается некий великий князь и две великие княгини…
Он закурил трубочку, задумчиво уставился в окно. Было одно-единственное препятствие, которое следовало преодолеть. Лесневскому о нем он не сказал, чтобы не выносить сор из избы…
Все они действительно пребывают вне строя, так что имеют право на отлучку, но вот чертова ежедневная словесность… Вполне возможно, удалось бы отпроситься у командира полка под каким-нибудь убедительным предлогом, но беда еще и в том, что он уехал в штаб корпуса и неизвестно сколько там пробудет.
А словесность ведет подполковник Лаш – и хуже этого ничего не придумаешь…
Дело даже не в том, что Лаш – педант, зануда и службист до мозга костей. Молодых офицеров Лаш с некоторых пор ненавидит прямо-таки патологически, как выразились бы доктора. Есть у него свои причины.
Пять лет назад, еще до появления здесь Ахиллеса, поручик Гуранов, судя по рассказам, переходившим порой в легенды, забубенна головушка под стать Тимошину с Бергером, неожиданно получил наследство от тетушки, и немаленькое, куда там Ахиллесу. После чего вышел в отставку и отправился вести приятную жизнь богатого помещика в Новороссии. Когда он уехал, оказалось, что исчезла, забрав вещи, молодая красавица жена подполковника Лаша (о ней и Гуранове и до того поговаривали).
Подполковник оказался в самом что ни на есть идиотском положении.
Конечно, он мог, согласно законам Российской империи, вернуть сбежавшую супругу с полицией, но в этом случае, он прекрасно понимал, стал бы посмешищем всего полка, и хорошо, если только полка, но есть еще корпус и дивизия… В конце концов Лаш после короткой взаимной переписки с супругой смирился с неизбежным и выдал жене вид на отдельное проживание, а примерно через годик последовал и развод.
