– Красивая жена, домик в деревне, свежий воздух, тишина, даже слышно, как шишки падают, что ещё нужно, чтобы встретить старость?
– Чтобы такое осилить, надо до самой гробовой доски вкалывать, так и надорваться недолго. – Светлана Петровна покачала головой. – У меня, конечно, как у «жэбээла», пенсия приличная, и ещё я могу опять пойти работать в библиотеку, но, боюсь, это вряд ли облегчит поставленную задачу.
Светлана Петровна периодически включала казанскую сиротку, готовую на тяготы и лишения, даже пойти работать, только чтобы хоть как-то облегчить суровую мужскую жизнь супруга.
Супруг обычно в такие моменты умилялся и объяснял, что как-нибудь решит вопросы без привлечения женского труда, и особенно без покушения на пенсию жителя блокадного Ленинграда, другими словами, «жэбээла». Так и в этот раз.
– А мы быстро. Раз, два и готово! – сказал он, целуя несчастную сиротку в шею. От его усов сиротке стало щекотно, по телу побежали мурашки в точности как в далёкой юности, когда они только-только встретились. Захотелось немедленного продолжения.
– Раз, два и готово – это, когда у тебя целый округ на подхвате, а сейчас чего? – поинтересовалась Светлана Петровна, отгоняя от себя неподобающие моменту и статусу «жэбээла» мысли о сексе.
– А сейчас крэкс-мэкс-пэкс! Банк, знаешь ли, иногда не хуже округа, особенно такой как наш. Я кредит возьму под полпроцента. Только для своих.
– Кредит?! – Светлана Петровна ахнула, крамольные мысли испарились, как их и не было. Какой тут секс, когда такое творится? Больше всего на свете она боялась быть кому-то должной.
А тут банку! В воображении сразу всплыли страшные бандиты, вооружённые паяльниками и утюгами, которые по заданию банкиров ставят проштрафившихся должников на какой-то счётчик. Такое она смотрела по телевизору и читала в газетах. И вообще, раньше никаких таких кредитов не было, и ничего, жили люди как-то.
– Именно кредит! Кредит, чтоб ты знала, самое замечательное изобретение человечества, – поучительным тоном поведал руководящий супруг. – Весь мир живёт в кредит и хорошо себя чувствует.
Тут смысл в том, что ты не копишь на нужную вещь, во всём себе отказывая, а уже пользуешься этой вещью в своё удовольствие.
– Но всё равно при этом во всём себе отказываешь! – резюмировала Светлана Петровна.
– Мы не будем себе во всём отказывать, мы будем разумно экономить.
– То есть, в Париж не поедем? – Светлана Петровна резко поскучнела и отстранилась от мужа.
– В Париж не поедем, поедем куда-нибудь…, – он задумался.
