Этому, конечно, можно только посочувствовать. Перестройка катком проехала по их поколению, особенно инженерам не повезло. Да и преподаватели в институтах тоже бедствовали, особенно в технических. Стране почему-то инженеры перестали быть нужными, требовались юристы, бухгалтеры и финансисты. Светлана Петровна не могла уразуметь, что же будут учитывать и пересчитывать все эти люди, если не будет инженеров. Ведь создание общественного продукта без инженеров невозможно, а с другой стороны, в рухнувшей стране Советов этих инженеров и техников было пруд пруди, а вот с общественным продуктом как-то не заладилось.
Так что Светлана Петровна искренне сочувствовала Надьке и Виктору и старалась помочь, чем могла. Однако немыслимая гордыня Надежды не позволяла ей принимать помощь от кого бы то ни было, а особенно почему-то от родной сестры.
– Вот вам пример, – заявила Надька, увидев внучек, – чему такая легкомысленная особа, как моя сестра, может научить детей? Исключительно вертеться перед зеркалом!
«Тебе бы самой не мешало на себя в зеркало периодически поглядывать», – подумала Светлана Петровна.
Надьке, конечно, до её тёзки Крупской ещё далеко, слишком красивая от природы, но при таком наплевательском отношении к внешности ей грозило неминуемое превращение в тыкву.
– Чем бы дитя не тешилось, – миролюбиво заметил Виктор. – В деле воспитания детей достижение тишины имеет решающее значение!
Все расселись в креслах у журнального столика, рядом с камином, Светлана Петровна расставила на столике шоколад, нарезанный лимон и конфеты.
Генерал принёс из кабинета коньяк и разлил по фужерам. Дети, занятые зеркалом, никак не отреагировали на появление в комнате взрослых и даже на конфеты на столе.
– До чего же у вас коньяк всегда вкусный. – Виктор опрокинул в себя содержимое фужера и занюхал лимоном.
– Французский, – сообщил генерал, наливая Виктору следующий фужер.
– Ведёшь себя как комбайнёр, – посетовала Надька. – Кто так коньяк пьёт?!"
"– Не знаю. – Виктор пожал плечами.
– А ты уверена, что комбайнёры пьют его именно так? – Он заглотил второй фужер и заговорщицки подмигнул Светлане Петровне.
– Ничего, скоро границы отменят, – проворчала Надька, – нечего станет охранять, переквалифицируетесь в сторожа, будет вам тогда французский коньяк и какава с чаем!
В этот момент кто-то позвонил в дверь, Светлана Петровна отправилась открывать.
– Обязательно в глазок посмотри, – вслед ей крикнула Надька, – сейчас лихие времена.
