По такому лицу сразу можно было отличить ухоженную женщину с достатком от всех прочих. Ну, и шмотки, конечно, и духи, и сигареты. Благо, «Березка» и «Альбатрос» работали, спекулянты и фарцовщики тоже трудились в поте лица. Светлана Петровна уважала длинные коричневые сигареты, которые муж в шутку именовал «Море». Сам он курил исключительно «Кэмел». Откуда иностранные сигареты появляются в доме, его совершенно не интересовало.
Светлана Петровна в свои сорок пять выглядела очень неплохо, во всяком случае гораздо лучше, чем её мама выглядела в этом возрасте.
Лет на десять младше, как минимум, даже намечающиеся морщины между бровями её не портили. Она зачёсывала ярко-белые волосы назад, убирала их в тугой узел или под эластичную синюю ленту в цвет джинсового костюма и становилась похожей на кинозвезду. Вот тебе, дорогая сестричка, и «Мосфильм»! Вернее, бери выше, киностудия «Дэфа» или даже французский «Гомон». Ей нравилось, когда на неё обращали внимание, и если раньше в провинциальных городках ходить особо было некуда, то в Ленинграде даже поход в парикмахерскую при бане предоставлял возможность покрасоваться.
Выйдя из парикмахерской, под восхищённые взгляды прохожих она уселась в «Жигули» шестой модели, закурила сигарету, полюбовалась на безукоризненный маникюр и отправилась домой в новую квартиру. Наконец-то у них теперь есть своя квартира. Светлане Петровне каждый раз очень тяжело было расставаться с предыдущими, хоть и казёнными. Только приведёшь квартиру в порядок, сделаешь ремонт, обставишь красивыми вещами, обживёшься, почувствуешь себя дома, как прощай, труба зовёт, новое назначение.
Некоторые всё увозили с собой, разве что обои со стен не обдирали, Светлана Петровна никогда так не поступала. Ведь неизвестно, что там впереди, вдруг всё то, что столь прекрасно здесь, там ни в какие ворота не влезет? Каждой вещи своё место. В этом были и свои преимущества, в доме у Светланы Петровны всегда всё было новое и самое современное."
"Квартиру генералу Неверову предоставили очень удачную, трёхкомнатную, только-только после капремонта, с такой кухней, на которой можно было бы устраивать танцы, а самое главное, неподалёку от Таврического сада.
Предполагалось, что эта квартира останется за семьёй генерала и после отставки. Комнаты были большие, с высокими потолками, правда, лепнина на этих потолках после капремонта не сохранилась, так как прежние потолки заменили бетонными плитами, камины тоже убрали.
