Воздай по заслугам каждому, кто смеялся над той, кого я благословил своей силой. И я воздам тебе.
– Подожди! Кто эта девушка в зеркале?
– У тебя только одна попытка – иначе снова окажешься на дне этого озера с ножом в груди, – холодно сказал водный дух. – А Агнесс Сальваторе окончательно утвердится в моих силах и будет припеваючи жить с твоим мужем. Ну, а ты… Ты станешь ничем.
– НЕТ! ОТВЕТЬ! КТО Я НА САМОМ ДЕЛЕ ТАКАЯ?
– Вспомни свое имя, попаданка… – прозвучал в ушах шепот Сэй Дзена. – Вспомни – иначе умрешь…
ГЛАВА 8
– Эй, баранесса, вставай! Утреннюю дойку проспишь!
Грубый женский голос окатил, словно ушатом холодной воды.
Такой же холодной, как была вода в озере, куда, пронзив меня ножом, столкнула Агнесс.
Сквозь сон я слышала и другие женские голоса. Они переговаривались, смеялись прямо рядом с моей постелью.
Я же никак не могла очнуться. Даже просто открыть глаза.
Каждая клеточка моего тела молила только об одном – доспать, доспать, доспать!
Даже просто поднять веки казалось нестерпимо сложной задачей.
А уж чтобы выбраться из-под тонкого одеяла, под которым удалось согреться с таким трудом, на утренний холод, и вовсе выглядело каким-то зверством.
– А Финька у нас теперь не простая доярка, а важная особа, фу-ты ну-ты! Ваше великое бараненс-с-ство, изволите ли после пробуждения теплый халатик, кофе и круассаны в постель?
Это ехидное замечание было встречено взрывом всеобщего хохота. При том, что сказавшая это девушка произнесла слово «кофе», как «кофа».
Но даже произнесённое неправильно, это слово обладало для меня магией.
Всегда.
В своем мире я никогда не любила рано вставать. Мой косметологический кабинет работал исключительно во вторую смену…"
"В моем мире?
Косметологический кабинет?
Дух воды сказал, что я попаданка.
Теперь я окончательно поняла, что тело Фионы для меня чужое. У меня была совсем другая внешность и другая жизнь.
Внешность той красивой девушки с фисташковыми глазами.
Вот только поверить в это было до сих пор трудно.
Она была прекрасным видением, недосягаемой мечтой.
А все, что окружало меня сейчас – суровой реальностью.
Я на все сто процентов чувствовала себя бедной жалкой Фионой Гастелло, но никак не той необыкновенной красавицей.
Я даже не представляю, как ее зовут.
Как звали меня до попадание в это тело.
– Гляди, гляди, просыпается!
– Видать, и правда наша Финька нынче к кофу да круассанам приучена!
Снова смех.
И тут вмешалась первая, обладательница грубого голоса.
