Он заметил, что кто-то портит местную кухонную утварь.
— Всё в порядке, друг! — отозвался я, быстро распахнув кошелёк, помахал в воздухе купюрой в тысячу рублей.
Подойдя к нам, администратор улыбнулся, забрал тысячу и произнёс:
— Можете взять эту разделочную досочку с собой на память о нашем ресторане.
Поклонившись, он направился обратно к стойке.
— Эй, Пончик, я тоже хочу досочку, — послышался гнусавый голос из-за дальнего столика.
— Пойдём домой, Петрушка, от лавки оторвём, — пообещал ему друган.
— Ы-ы-ы… Лавка-а-а, — протянул первый.
Искоса глядя на эту парочку, я подумал, что адекватные люди по ночам спят, а не ходят по бургерным.
Эх, ещё совсем недавно мне казалось, что такие странные индивидуумы только в Москве на Арбате тусуются. Ну или в легендарном Питере.
И почему, когда я с Лизой, к нам так и тянет людей с расширенным сознанием?
— В общем, Максим, — выдохнув, проговорила девушка, вновь возвращая себя моё внимание. Она легко выдернула из доски и пиццы нож и принялась крутить его между пальцев.
— Насчёт террористов… Не хочется этого признавать, но я без понятия, где именно они скрываются в Новосибирске. Если я узнаю, что тебе грозит опасность, сразу дам об этом знать. И… постараюсь привлечь тебя, если мы выйдем на «Орден Разочарования» и будем планировать их захват. Ты ведь хочешь этого?
— Странный вопрос, — усмехнулся я.
Ведь то, что этот «Орден…» желает моей смерти, я слышал лишь от Лизы. Сами терорюги за моей головой до сих пор не приходили. Может быть, их желание поквитаться со мной и вовсе плод чьей-то фантазией?
А если так, то с чего бы мне хотеть их убить?
Что же до Лизы… Я чувствую, что её раздирают противоречия.
Служебный долг? Личное? Долги разным сторонам?
— Ты мне не веришь, да? — нахмурилась она. — Я дала повод в себе сомневаться?
Я поднялся и наклонился над столом, приблизившись к её лицу.
— Безоговорочно верю я, Лиза, только своим друзьям и близким. Ты же выстраивала наши отношения не как дружеские, а как рабочие. А среди рабочих партнёров иногда случается, что один пытается другого внаглую использовать.
— Но я… — начала было она, однако замолчала, изумлённо округлив глаза, когда я плюхнулся обратно на свой стул, параллельно с этим схватив последний кусочек пиццы и закинув его в рот. — Я хотела его съесть…
Проговорила это Лиза настолько жалобно, что мне бы стало её даже жалко, не знай я, какая она прекрасная актриса.
* * *Я сидел на крыше внедорожника, растворившись в мире.
