"
"— Какая прелесть! — баронесса едва ли не нырнула носом в огромный букет черно-красных цветов. — Антарианские тюльпаны! Между прочим, мои любимые цветы! Из тех, которые можно достать, разумеется. Хотя и эти редко попадают на продажу! Мне прямо повезло! Спасибо! — она жарко посмотрела на меня своими огненными глазами.
— Всегда пожалуйста, — улыбнулся я. — Эти цветы лучше ставить в…
— В кровь, свежую, я знаю, — закивала она. — А ещё лучше в огнеупорную вазу и вокруг неё разводить костёр. У меня есть и то и другое, — она мило хлопнула пышными ресничками.
— Я тоже передал бутылочку говяжьей крови вашему дворецкому.
— О, это так мило с вашей стороны, Максим Константинович! — она снова стрельнула глазками.
Я был очень рад, что угадал с подарком. Признаюсь, странным и необычным подарком, но, когда я услышал об этих красивых цветах, сразу подумал о баронессе. Кровь и пламя… М-м-м… К слову, Фае букет тоже понравился.
Вдовствующая баронесса даже сама поставила этот букет в вазу и зажгла вокруг неё костерок.
Специальное место было оборудовано у неё в главной гостиной.
Именно в этой гостиной нас уже ждал накрытый стол. Баронесса призналась, что не особо любит есть в столовой, и вдвоём мы прекрасно разместимся в гостиной.
— Слышала, вы истинный гурман и любитель хорошо покушать, так что, надеюсь, не откажете разделить со мною ужин, — примерно такими словами она приглашала меня к столу.
И вот мы сидим за небольшим круглым столиком друг напротив друга. Она улыбается, огненно-рыжие локоны через левое плечо опускаются на её красивую грудь.
Пожарская выглядит бесподобно. Ей двадцать шесть лет — не юна, но вполне молода, так ещё и жизненной энергии внутри баронессы хоть отбавляй. Сейчас, глядя на неё в домашней обстановке, при хорошем освещении, могу сказать, что она не кажется старше Лизы. Вот Свете или Кристине могла бы сойти за старшую сестру. Чуть-чуть старшую. Буквально на год-полтора. Хотя по факту и Свете, и Кристи по восемнадцать.
— Позвольте поднять этот фужер, за моего дорого гостя! — проворковала она, взяв изящной ручкой бокал с игристым.
— За молодого героя и главную звезду Новосибирска последних недель! За вас, Максим Константинович!
Я благодарно кивнул, мы чокнулись и выпили, а затем приступили к трапезе.
— У вас очень интересное выражение лица, — спустя некоторое время услышал я весёлый голос баронессы.
Я с трудом оторвался от пищи и посмотрел на неё. Затем в свою тарелку. Затем снова на неё.
— Кушайте-кушайте, — хохотнула она.
