Я поморщился. Прав я был — угадал, что именно тревожит бывшего таксиста.
— Ну… — протянул я задумчиво. — Перекусить хватит.
— Если сильно не шиковать.
— В смысле? — нахмурился я. — Шаурма сто восемьдесят рублей стоит.
— Только вы предпочитаете есть в ресторане, — безапелляционно заявил Виталя.
Глядя на его серьёзную моську, я не выдержал и рассмеялся. Виталя держался, как мог, но уже через несколько секунд тоже усмехнулся.
— Вы, как всегда, правы, господин, — изрёк он. — Всё не так плохо. Тимур Вагитович, полагаю, уже завтра заплатит за новые ингредиенты.
Плюс вы всегда можете продать то, что пометили «не для продажи», — он многозначительно хмыкнул.
— Не-не-не! — тут же запротестовал я. — Всякий хлам мы и так сбагрили. А то, что оставили — неважно обычное это оружие или артефакты — всё это нам пригодится.
— А ваш парк трофейной техники? — продолжил напирать Виталя. — У нас водителей на всё не хватает.
— Наберём водителей! И бойцов! И денег тоже! И вообще… Подумай, какую из машин лично ты готов продать?
Виталя поджал губы и глубоко задумался.
Ну да, он любит автомобили не меньше меня. И тоже радуется нашей коллекции. Но Виталя — мужик серьёзный и исполнительный. Заботится о процветании рода Белозеровых едва ли не больше меня, так что, наступив на свои собственные хотелки, он реально может что-нибудь и продать.
Пока Виталя не предложил избавиться, например, от Север-Трака или тем паче от покорёженной БМВ, я быстро попрощался с ним и, поманив за собой Олега с Машей, направился к «Медведю».
Пора домой.
Дел нынче невпроворот.
Но сперва отдых!
* * *Глава СБ рода Хорькиных — граф Архип Гаврилович, напряжённо просматривал отчёты о текущих делах рода. Он находился в своём личном особняке, защиту которого граф укрепил по-максимуму, призвав сюда всех свободных СБэшников и лично преданных ему людей."
"— Да ёб***ый шакал, е***ий свою ***чую жопу!!! — во всё горло выругался граф как какой-то портовый грузчик, а не ценитель поэзии Александра Пушкина, коим он себя воспринимал.
То, что у Пушкина тоже имелись матерные стихотворения, граф не признавал, считая это всё враками неотёсанных болванов.
Раздражённо швырнув листки на стол, Архип Хорькин устало уставился в потолок своего кабинета.
— Бл*ть, — ёмко изрёк он и, поднявшись, подошёл к красивому ангелочку из мрамора. Наклонив голову ангелочка, граф увидел скрытую в его тайнике початую бутылку коньяка. Достав её, он налил коньяк в столовую ложку и залил это всё в рот.
