И всё же, если эта громадина усадит меня обратно на стул, мне будет не очень приятно — придётся одновременно бороться с Хорькиным и проводить сложные манипуляции с Пространством.
Скрипнув зубами, я вложил все свои силы в тело, чтобы перебороть гада, и…
Чёрта с два! Пусть этот бронепоезд и немного замедлился, но он слишком силён! Я чувствую, как много энергии внутри его тела. Метка графа Хорькина-старшего даёт своему владельцу колоссальную физическую мощь! А ещё полагаю, скорость и выносливость."
"А я всё-таки так и не отдохнул после трудов своих праведных.
Эх, хотел бы я сразиться с гигантским хорьком лоб в лоб. Чтобы стены трещали, чтобы пол разошёлся расселинами и потолок с грохотом обвалился…
Но я ж устану ещё сильнее. А потом мне ещё и всю его гвардию убивать, которая прибежит на шум…
Даже для меня это будет сейчас очень тяжело. А я не люблю напрягаться и превозмогать. Если приходится пупок надрывать, значит, ты хреново подготовился и план у тебя был дурацкий.
До стула-артефакта оставалось совсем чуть-чуть.
Я немного довернул корпус и выплеснул, скопленную энергию, преобразуя её в одно из умений Метки Охотника.
Капкан на цепи, устремился к гигантскому хорьку и захлопнул свои челюсти на его мясистой руке. Хорькин-старший оглушительно заревел от боли, а цепи потянули капкан на себя.
Мой враг легко бы разорвал эту цепь, будь у него несколько секунд на концентрацию.
Но сейчас энергетический паразит, который был на челюстях капкана, разъедал плоть и энергоканалы графа, цепь быстро «скручивалась», так ещё и я сам проявил мастерство рукопашного боя — используя вес и силу монстра-графа, я придал ему ускорения, перекинув гигантскую тушу мимо себя.
Граф врезался в артефактное кресло.
В тот же миг лабрис и броня улетели в родовой наруч графа, а сам гигантский хорёк тут же начал превращаться в человека.
В глазах его вспыхнул ужас.
— Что, нравилось бить беззащитного? — хмыкнул я.
А затем врезал ему ногой в лицо. Времени возиться с ним у меня не было, так что голова графа, энергия которого заблокировалась его же артефактом, лопнула, как спелый арбуз.
— А вот это мы реквизируем, — проговорил я, стягивая трофейный наруч с трупа.
Выпрямив спину, я ещё раз огляделся по сторонам. Камер в кабинете не было — оно и понятно, кабинет ведь главы рода. Однако же, местные гвардейцы и ближники Хорькина-старшего, привыкшие к буйствам своего господина, скоро могут начать волноваться. Чего это так тихо стало?
Нужно действовать быстро.
