Я продолжал говорить, а она успокаивалась. В итоге мы как-то и не заметили, как взлетел самолёт. Лиза успокоилась настолько, что с укором принялась пялиться на мою руку, которой я поглаживал её ножку.
Вот что воспитание с девушками делает, а? Тебе же нравится, алё⁈ У тебя сейчас один глаз и кричит: «Руку убери, сука», но второй орёт: «Если перестанешь гладить, я тебя сгною».
В общем, я решил не расшатывать психику бедной девушки, всё равно до логического завершения эти поглаживания сейчас мне довести не удастся.
Однако вторую руку, ту, которая лежала на её ладошке, я убирать не стал. Я чувствовал, что девушка может вновь впасть в панику. Вон, на сиденье через ряд вспотевший мужик раскачивается взад-вперёд и молится, перебирая в руках чётки.
— Девушка, а можно нам плед? И воды? — улыбнувшись стюардессе, попросил я.
Все принесли быстро, и я укрыл удивлённую Лизу и протянул ей стакан.
— Спасибо, — проговорила она.
— Всегда пожалуйста, — отозвался я, откинувшись на спинку кресла. Вскоре я начал засыпать.
Но, прежде чем уснул окончательно, почувствовал, как мне на плечо легла прекрасная головушка моей «однодневной жены». Смогла-таки расслабиться.
Молодец.
Ну а потом мы долетели до Москвы, и наш самолёт приземлился в аэропорту графского рода Шереметевых.
Наконец-то я в России! Встречай меня, могучая империя!
Принц вернулся домой.
Глава 9
Лорд Джордж Вильерс, более известный как герцог Бекингем, тайно прибыл во Францию под личиной бедного английского дворянина. Были у герцога в Париже дела как государственного, так и личного толка.
Добирался он, как и в предыдущие подобные поездки, на поезде через тоннель под Ла-Маншем.
И в этот раз поездочка выдалась… сонной. Правда, после сна от усыпляющего газа герцогу уже было сложно уснуть. Стресс давил на него. А герцог, как любая птица высокого полёта, ненавидел, когда на него кто-то или что-то давит.
Да и работы прибавилось, что тоже не способствовало хорошему сну.
Нужно было найти предателя! Кто-то из ближнего круга слил террористам «Ордена Разочарования» информацию о тайных передвижениях герцога.
Герцог не сомневался, что на поезд напали, чтобы убить его. А всех остальных пассажиров убили бы, чтобы замести следы."
"И сейчас, сидя в кабинете в своих съёмных парижских апартаментах, герцог рисовал на листе А4 схемы, пытаясь вычислить предателя.
— Мало данных, — вздохнул он и откинулся на спинку стула. Переведя взгляд, он зацепился за листок с надписью:
«Наградить».
