А они и не против были — я всегда был красавчиком, а жизнь Вольного Воителя наполняла мои карманы золотом. Когда же поднабрал годков, опыта и силы, стал более разборчивым в женщинах. Чуть-чуть. Там ведь у меня и работа стала сложнее. А значит, и отдохнуть после заказа хотелось с большим размахом… Ведь хороший отдых — залог твоей силы, благополучия и чистоты энергии. Будешь себя чересчур ограничивать — умрёшь грустный, бедный и слабый.
В общем, совсем от официанток в своей постели я не смог избавиться, даже когда стал сильнейшим Вольным Воителем в мире.
Правда, к тому времени я уже крутил весёлые и ни к чему не обязывающие романы с герцогинями, королевами и императрицами… И не только с представительницами людской расы. В этом вопросе я ксенофил, как герой местной популярной культуры «Геральт из Ривии». Но это отдельная история.
А! Ещё и полубогиня у меня была!
Но это точно отдельная история.
А ещё была…
Нет, про эту в моём новом мире вообще не стоит вспоминать, а то за извращенца примут.
Насвистывая весёлый мотив, я покинул каюту и на палубе встретился со своими спутниками.
Они ехидно ухмылялись.
— Не посрамил братство, цветочный неофит, — добродушно проговорил Зураб и приобнял меня за плечо."
"Я не особо удивился тому, что они были в курсе, как я провёл время в этой морской поездке. Пусть знают. Спасибо им за то, что не мешали.
Обсуждать что-то серьёзное с русскими агентами, когда вокруг полно лишних ушей, было не с руки. Так что мы просто трещали о делах цветочного братства во Франции.
Мол, тут вообще Райский сад и благодать. Вот бы здесь остаться, дышать одним воздухом с принцем Эммануэлем.
Ну а о чём нам ещё говорить? В глазах других мы беззаботные весёлые ребята, которых даже нападение террористов на поезд не выбьет из колеи.
Но мне было бы любопытно узнать у моих товарищей, что они думают о нападении. Хотя вряд ли они знают, кто именно был целью.
А в том, что у террористов имелась конкретная цель — я не сомневаюсь, учитывая наши несостоявшиеся переговоры с Каменным мужиком европейской внешности.
Полагаю, они хотели убить кого-то конкретного «для дела», а всех остальных, чтобы замести следы и не выдать этого «конкретного».
В городе нас уже ждал разноцветный цветочный микроавтобус, очень похожий на тот, что остался по другую сторону Ла-Манша.
— Слушайте, — плюхнувшись на заднее сиденье, обратился я к своим сопровождающим. — А есть ведь под Ла-Маншем соседние тоннели с автомобильными дорогами.
