— Стоп! Стоп! Хватит! — вылетел на полигон комендант корпуса. — Белозёров! Отойди от Его Сиятельства.
Я поднял обе руки, показывая, что никому вредить не собираюсь, и пошёл прочь.
— Медиков сюда! Живо! — кричал комендант за спиной.
* * *— То, что случилось с Его Сиятельством недопустимо, Ваше Сиятельство! — пылко проговорил юный страж-неофит из баронского рода Артемьевых.
Он с жаром смотрел в глаза графу Апраскину — коменданту лагеря. Разговор проходил в кабинете коменданта, и, кроме Апраскина и Артемьева, здесь присутствовали ещё двое.
Оба неофиты. Один из баронского рода, другой из графского.
Обсуждали эти четверо, разумеется, произошедшую сегодня утром дуэль.
— Я всё понимаю, — твёрдо сказал комендант, обращаясь к Артемьеву. — И меня, как и вас, выводит из себя мысль, что какой-то безродный пёс смеет оскорблять княжича, и всех нас. Что он дерзит герцогине. Что в Корпусе Стражей столь возмутительные устои. Но прошу, вас. Не горячитесь. Мои, — он скривился и выплюнул это слово: — Коллеги… уже доложили графу Игнатову о сегодняшней дуэли.
Граф был в ярости. Но, как вы понимаете, сделать ничего не мог, — комендант злорадно хмыкнул. — Но теперь этот Белозёров, как и прочая чернь с Метками, на время лагеря штатный страж. А что это значит?
— Что? — заискивающе спросил барон Артемьев.
Двое других неофитов покачали головами.
— А это значит, что мы не можем публично разобраться с Белозёровым, — терпеливо проговорил комендант. — К нему сейчас вообще не нужно привлекать внимание, а то не дай Бог Игнатов всё бросит и лично примчится в лагерь! Оно вам надо?
Юноши отрицательно помотали головами.
Удовлетворённый реакцией слушателей комендант продолжил:
— Вот и я не хочу потерять это место. Ведь здесь я с вами могу хоть немного, но изменить Корпус. Наказать выскочек. А стало быть, рисковать нельзя. Господа, предлагаю пока не трогать Белозёрова.
— Закрыть глаза на его хамство? — возмутился барон Артемьев.
— Нет, лишь на время позабыть о нём самом. А пока нам и без него есть кого поучить, господа.
Не один лишь Белозёров своим поведением оскорбляет истинную аристократию.
* * *Идя на ужин, я погрузился в глубокие раздумья. Денёк с самого утра выдался насыщенным — дуэль с княжичем после завтрака и победа в ней. А затем — выслушивание поздравлений от особо впечатлившихся личностей.
Например, герцогини и Змея.
А после, когда ещё и парочка стражей-преподавателей меня поздравила, незнакомые ребятки-неофиты из не особо знатных стали охотнее ко мне подходить.
