— А если бы ты пережила такое же как и Зен? Захотела бы еще одного ребенка? — интересуюсь у Ники.
Она задумывается.
— Мы с Альбертом никому не рассказывали, но на двадцать пятой неделе на узи одному из сорванцов увидели порок развития. Слава богу, он не подтвердился и мальчишки у нас здоровые родились, но в тот момент мысли были в голове одна страшнее другой. Я на полное обследование легла, чуть не поседела от ожидания. Ещё раз такое пережить я бы не смогла. Причем идти на это сознательно? Нет. Но у вас другой случай.
— Почему ты не рассказывала об этом раньше?"
"— Психологи, как один, говорят раздели с кем-то боль. Вот мы и разделили ее с Альбертом. Сполна прочувствовали тогда свою беспомощность. Вик и Вит родились здоровыми и мы решили об этом забыть, как о плохом сне. Сейчас бы я это не перенесла и действительно задумалась о прерывании будь такие серьезные диагнозы и последствия, а тогда ни одного сомнения не было. Понимаешь к чему я?
— Не особо.
— Твоя позиция мне близка и понятна. Но и Дамианиса тоже.
Вы не придете к консенсусу, пока не родится этот ребенок. Ну и по хорошему бы полностью обследоваться, обоим. Точнее уже троим. Вдруг все в порядке и мы сейчас переживаем о пустом? Кстати, твоя реакция как раз об этом говорит, что все с малышом хорошо. Я паниковала, мне было страшно, но в глубине души я сохраняла спокойствие и была уверена, что мальчики будут здоровы. Так оно и оказалось.
— Фух, ты на моей стороне, — бормочу себе под нос. — Я уже думала, выставлять тебя из своего номера.
Ника смеётся.
— Не нужно меня никуда выставлять. А вот с Дамианисом придется поговорить. Вернётся эта наглая греческая рожа из командировки и огорошишь своей беременностью. Посмотрим, как тогда запоет. Все они сначала якобы против и куча сомнений, а потом из рук детей не выпускают и паникуют больше, чем матери. Фиг с его бывшей женой, мы же не знаем, какие были у нее тараканы в голове. Дочка к тому же выздоровела и выросла. При желании могли бы наладить контакт. Видимо, так хотелось.
Да, Ника права. Скрываться — не вариант, убегать и рожать тайком — тоже. Пока Зен будет рвать и метать, смиряться с мыслью, что станет отцом, я могу слетать в Россию и пройти обследование. Но как представлю наш разговор, вся в комок сжимаюсь и дышать не могу. И чем дальше тяну, тем сложнее признаться.
— Ну и судя по тому, как этот похотливый самец до тебя домогается, с его сердцем все сейчас хорошо. Значит нет никаких оснований лишать жизни своего ребенка.
