Утром никто не бежал ко мне с извинениями, поэтому я решила не терять время даром. Если что я смертельно обижена еще на несколько дней. Придет, поцелует дверь и уйдет!
Я сама оделась в считанные минуты, проглотив завтрак, как голодный удав, а потом слетела по лестнице.
Весна таяла старым снегом, скользила дорожками, набухала первыми почками. Где-то среди лысой щетки веток звонко щебетали птички, а высокое голубое небо давало надежду, что грязь все-таки не бесконечная.
- Ну, была, ни была! – взвесила я в руке ожерелье. Если все будет хорошо, я выкуплю его уже вечером! И никто ничего не узнает!
Дверь ростовщика скрипнула, а я вошла, стуча ногами по деревянному полу.
- Чем я могу вам помочь? – спросил знакомый дядька. Он смерил меня взглядом. – Вы та вдовушка с последним обручальным колечком? Что на этот раз? Если хотите его выкупить, я его уже продал! Срок вышел! Я очень щепетильно отношусь и к срокам, и деньгам! Это – моя деловая репутация!
- О, нет! Я не за этим! Я тут недавно перебирала наши с мужем вещи.
Так вот, это подарок любовника! - задушевно начала я, высыпая на стол ожерелье. – Деньги нужны до вечера!
- Ну ладно, - проскрипел ростовщик, беря какое-то стеклышко и изучая камни.
- Я выкуплю его! – предупредила я, видя, как ростовщик отсчитывает деньги. Он отнес ожерелье и положил на витрину с табличкой: «На выкуп!».
Пересчитав деньги, я подбросила мешок и вышла на улицу.
- Погнали! Целкус две тысячи! – усмехнулась я, направляясь в сторону своей лавки. Мантикора в засаде пугала так, что я решила от греха подальше убрать ее. Не ровен час, я заикой останусь. Но это потом!
В кладовке, которая была битком забита всяким старьем, я увидела силуэт шкафа.
- Отлично! – потерла я руки, разгребая завалы и вытаскивая весь мусор.
Шкаф, который я толкала спиной, дополз до середины коридора.
- Отлично! – снова потерла я руки. Из шкафа вылетели все полки, а внутри поселился приличный стул.
Отряхнув руки и совесть от возможных угрызений, я принялась за работу. Старенький молоток оказался весьма кстати. Воспоминания о трудовике придавал сил. Я заколачивала гвозди, как его голову.
Несколько раз я бегалапо магазинам. То закупаясь гвоздями, то веревками, которые старательно пропитывались светящимися красками.
