– А ну-ка! Возьми!
Иветта взяла медальон в руки и подержала его. У нее он светился отчетливо. Это было не слабое сияние, как у меня, а довольно яркое.
- Видимо, он определяет мантикору, - вздохнула я разочарованно. – И мне никак не пригодится! Жа-а-аль!
Я забросила медальон и почти забыла о нем. Пока, спустя две недели, не случилось нечто странное.
- А мы уже помирились, - усмехнулась я, вставая и направляясь к мужу. _ Потому что совместные наряжульки очень сближают девочек! Нет! Брось ее! Тебе категорически нельзя прятать волосы, Иветта! Это вообще не твоя шляпка! Что ты хотел, дорогой?
- А я привыкла ходить в чепчике, - вздохнула Иветта.
Она теперь моя компаньонка. Не служанка, а, скорее, подруга. Между прочим, очень почетная должность. Наподобие фрейлины.
- Иветта, - спросила я, глядя на то, как она внезапно побледнела. – Что случилось?
- Все хорошо, - прошептала Иветта, убегая в сторону уборной. Я посмотрела на нее с подозрением, но потом вспомнила, что Иветта тоже стала отлучаться.
И в городе мы с ней не пересекались!
- Решила сделать карьеру и бизнес? – спросила я, придя домой тайком и намного раньше нее.
- Я…. Я не занимаюсь никаким «ибизнесом»! Я – девушка приличная! –покраснела Иветта. И я поняла. Где-то у нее есть мужик.
- Я спрашивал недавно, есть ли здесь хороший доктор. И мне назвали Женскую Консультацию. Сказали, что хоть она и женщина, но очень хорошо разбирается. Даже лучше, чем столичные доктора. Я хотел пригласить ее, но сказали, что она не выезжает.
И придется ехать к ней! – произнес герцог. – Я хотел бы, чтобы она вас посмотрела!
Я начинала догадываться, о какой чудо – женщине идет речь. А так же о том, что день, когда я сознаюсь мужу в том, чем я занимаюсь, еще не наступил."
"- Поэтому я приказал подать карету. Мы едем немедленно! – скомандовал Элеон. Иветта тут же нацепила чепчик, а я поняла. Сегодня я впервые прикачу на работу с ветерком!
- Может, в другой раз? – спросила я елейным голосом. – К тому же мне говорили, что она так себе!
- А это мы сейчас и узнаем! – произнес герцог.
Ну, поехали!
Я стала спускаться, понимая, что по себе, как назло, определить не могу. И мысль о том, что у меня будет принимать роды доктор Миддлтон, вызывала у меня панику.
Приехали мы быстро. При виде герцогской кареты, горожане стали высыпать на улицу и приветствовать нас радостными криками.
На главной площади возвышался памятник моему мужу. Вид у него был косоглазый, но героический.
