Я потянулся за картофелиной, когда рядом со мной зажегся экран на телефоне Катерины.
– Опять Додислав? – не выдержал я.
– Мот, – укоризненно заметила Катя, – ты сам знаешь, что мы друзья.
– Знаю. Но больше помогать ему жену возвращать не буду, – пригрозил я.
Додик все еще подбешивал. Головой я понимал, что у них с Катериной действительно приятельские отношения, а месяц назад даже подключился и помог Додиславу помириться с женой, но собственнические чувства превалировали.
Мудрая Катя до минимума сократила с ним общение и дружила только в моем присутствии, но Додя все равно бесил.
– Давай я скажу ему, что больше мы общаться не будем? – предложила она, садясь напротив и демонстративно игнорируя звонок. – Просто он сына тоже отдал на тренировки к Роберту, и мальчишки подружились.
– Общайся, – решил я.
– Матвей моего сердца, ты все еще ревнуешь? – она спрятала улыбку.
– Повтори! – потребовал я.
– Матвей моего сердца, – мягко повторила Катя.
– Говори мне так пять раз в день, и можешь спокойно дружить с Додиком, – растаял я.
Подумал и уже серьезно добавил:
– Катюх, у меня бизнес-план созрел, слушай…
В тот момент я себя реально самым счастливым почувствовал – когда делился своими планами со своей женщиной. Она внимательно слушала, не перебивая, и только пару раз отвлеклась на готовку.
И смотрела так, словно я лучшее, что было в ее жизни. С восхищением!
За спиной выросли крылья, а я вдруг почувствовал в себе силы свернуть горы только потому, что любимая меня поддерживала…
Эпилог
Катя.
Два года спустя
Я сидела на диване, придерживая рукой округлившийся живот. Алиса пиналась мне в ладонь, видимо, тоже предвкушая праздник, Федя лениво бросал уже большому и очень активному Лео мячик, в духовке томилось мясо, а в углу нашей новой квартиры стояла нарядно украшенная елка.
Новый год было решено отмечать у нас.
Матвей таки купил квартиру. Трехкомнатную. Рядом с моей. Прыгнул выше головы и смог!
Хотя… Я в нем ни минуты не сомневалась. Обиделась в тот день, когда у нас случился разговор о совместном проживании, но поняла его.
Я решила не мешать Моту быть мужчиной. Он горел своими идеями и хотел доказать мне и всем остальным, что он добытчик. А я не хотела обрезать ему крылья и искренне им восхищалась. На контрасте со Стасом, который пытался опустить меня до своего уровня, Матвей казался мне настоящим героем.
Было сложно морально ждать его и фактически жить вместе, но при этом как бы врозь.
