Его лицо, со следами нескольких шрамов, не до конца сглаженных регенерационными процессами, хранило отпечаток многих пережитых испытаний, а от взгляда – холодного, оценивающего, внимательного – в первый момент морозом продирало по коже.
– Андрей Кирсанов? – он протянул руку. – Я адмирал Вербицкий.
Скупой фразой он сказал все. Перед Андреем стоял человек, олицетворяющий не только планету Элио, но и целую эпоху, когда на глазах немногих выживших сгорали миры, рушились устои, под сокрушительным натиском ударных армад Альянса исчезала жизнь…
Андрей ответил на рукопожатие, ощущая оторопь.
Совершенно седые, коротко остриженные волосы адмирала резко контрастировали с бронзовым космическим загаром, от уголков глаз разбегались лучики ранних морщин, выражение лица, в первый момент показавшегося застывшим, на самом деле было живым, во взгляде не ощущалась надменность, которую буквально излучал адмирал Воронцов. Кирсанов невольно сравнивал два образа, остерегаясь выводов, но понимая, насколько разные люди руководят планетами, составившими костяк Свободных Колоний.
Второй из встречавших выглядел лет на двадцать старше адмирала Вербицкого, черты его лица показались Андрею мягкими, припухлые губы и карие глаза не создавали ощущения неукротимой силы характера или незаурядной воли.
– Генерал Новак. Служба внешней разведки Элио, – отрекомендовался он.
О генерале Зигмунде Новаке ходили легенды. Мало кто знал его в лицо, но большинство самых дерзких операций первых лет войны, вошедших не только в учебники новейшей истории, но и в тактические наставления объединенного флота, осуществлялись под непосредственным руководством Зигмунда, а зачастую и при его личном участии.
Кирсанов пожал сухую сильную ладонь.
– Я очень много слышал о вас. Еще ребенком, – добавил он, протягивая руку Новаку.
Тот лишь кивнул в ответ, отпустил руку Андрея и сделал шаг назад, словно растворился в тени адмирала Вербицкого.
– Наш человек, работающий на Стелларе, передал чип с информацией, – Вербицкий жестом указал на машину, ожидавшую их на границе стартопосадочного поля.
– Я бы хотел сразу прояснить для себя один вопрос: почему вы решили обратиться к нам, а не к адмиралу Воронцову?
Андрей ожидал подобного вопроса и был готов ответить на него.
– Мое непосредственное начальство не желает, чтобы исследование проблем искусственного интеллекта затрагивало определенные моменты, касающиеся действий Флота Колоний.
