А, во-вторых, эмоциональное отупение, в котором Лара находилась в последние дни, начинало и саму пугать. Нет, она не считала, что жизнь кончилась, но и позитивными эти перемены назвать никак нельзя было. Да и то, что озвученный Чернышовым срок вот-вот должен был подойти к концу, добавляло холодка по спине.
Боялась ли Лариса, что он не приедет?
Да. Можно врать кому угодно, но себе не стоит. И она до жути, до трясущихся поджилок боялась повторения той давней истории. И тот факт, что теперь это не стечение обстоятельств, помноженное на юношеский максимализм, а её личное выстраданное решение, облегчения не приносило.
Умом понимала, что вероятность повторения их расставания мала, но куда там уму, когда в действие вступает подсознание…
Первая злость улеглась уже через несколько дней, и тогда Лариса смогла здраво оценить и его поступки, и свои слова. А ещё убедиться, что в ближайшее время стать матерь ей не грозит. И именно из-за последнего расстроилась почти до слёз.
На этом фоне даже как-то незаметно прошли новости от Макса.
Что Щукин уволился из органов, а три дня назад стало известно о том, что его тесть тоже подал в отставку. Судя по тому, что в остальном была благодать, если кто посторонний и узнал о грехах бывшего следователя, то их так же тихо прикрыли, не желая раздувать скандал. Слишком многих он мог затронуть, куда проще закрыть глаза на такой «грешок», чем открыто признать, что следователь прикрыл дело по наркоторговле, когда узнал, что ему в постель подсунули малолетнюю сестру подозреваемого, а потом и вовсе занялся шантажом ради сохранения тайны своего отцовства.
- Еще не решила. – Лариса, которая всегда терпеть не могла, когда кто-то пытался унести еду с кухни в жилую комнату, вытащила из морозилки лоток пломбира, прихватила две ложки и кивком позвала за собой.
Кондиционер в спальне исправно, хоть и тихо шумел, гоняя по комнате прохладный воздух. Ирина, знавшая о заскоки подруги по поводу еду и недопустимости превращения комнаты в столовую, нахмурилась ещё сильнее.
Но ложку взяла.
Они обе улеглись ничком на кровать, подпихнув подушки под локти, чтобы можно было не только есть мороженое, но и болтать ногами. Так сказать, двойное удовольствие.
- Может, зря ты так с Костей? Он, конечно, дурак, что на поводу у друга пошел, но вы столько лет проработали…
- Может, и зря, - Лара растерла мороженое по нёбу и несколько секунд активно подышала ртом, чтобы вернуть чувствительность языку. – Но я больше не чувствую себя там комфортно.
