– Надеюсь, вы сможете уделить нам несколько минут?
- Да, конечно, простите, что держу на пороге, - Лара спохватилась, что стояние в приемной затянулось, и кивнула на дверь кабинета. – Проходите. Чай, кофе?
- Нет, спасибо. – Голос у девушки оказался довольно низким, но приятным. – На самом деле, это я хотела поговорить с вами, а не Тимофей.
Лара только развела руками, показывая, что всё это, конечно, увлекательно и загадочно, но суть происходящего слишком уж туманна:
- Я вас слушаю.
Она прошла за свой стол, непроизвольно отгораживаясь от странной парочки.
- Тим? – Ольга перевела просительный взгляд на мужа.
- Хорошо, - он послал извиняющую улыбку Ларисе и легко коснулся губами щеки Ольги, поднимаясь. – Мне нужно отлучиться.
- Эмм… Ладно, отлучайтесь.
Когда он вышел, Лара уставилась прямо на Ольгу, не только ожидая объяснения, что это за цирк, но и просто рассматривая. Волосы у неё были роскошными, темно-каштановые и пышные, собранные в толстенную косу, небрежно перекинутую через плечо.
Тонкое лицо треугольной формы с длинноватым носом. Ямочка на подбородке, бледные губы, большие карие глаза с коротковатыми, но очень густыми ресницами. Вообще она производила впечатление угловатой девочки-подростка, готовой вот-вот расцвети в красавицу, но расцвет всё откладывался. Лет так до двадцати пяти откладывался, сейчас, видя её вблизи, Лариса существенно скорректировала предполагаемый возраст жены Тимофея. И всё же, чем больше всматривалась, тем интереснее она казалась.
Необычная красота, почти незаметная при первом взгляде, но цепляющая.
- Вы, наверное, пытаетесь понять, что мне от вас нужно, - Ольга нервным жестом отбросила челку со лба и попыталась улыбнуться. Улыбка вышла кривоватой.
- Если честно, то да.
- Понимаете, так получилось, что всё это началось из-за меня.
- «Всё это» это что? – Лариса и сама последовала дурному примеру гостьи, только крутила не свои волосы, а взятую со стола ручку.
Почему-то появилась дурная мысль, что у Ольги были с Сашей отношения, и теперь она приехала, чтобы морально уничтожить соперницу. Но в эту версию не укладывалось присутствие Тимофея. И слава Богу. В то, что Чернышов жил все эти годы в одиночестве и аскезе, она не верила, но и сталкиваться с кем-то из его женщин лицом к лицу категорически не хотела.
- Наверное, нужно рассказать с самого начала, - она чуть откашлялась и заговорила.
