Лариса почему-то совершенно некстати вспомнила повесть Гоголя и теперь отчаянно надеялась, что не назовет его вслух Акакием Акакиевичем, с которым он упорно ассоциировался. – Итак, расскажите, что произошло.
На рассказ много времени не ушло, тем более, что он был отполирован более ранним общением с оперативниками.
Акакий… тьфу ты! Сергей Иванович тоже не особо поверил, что они могли не заметить лежащего на полу человека, однако и возражать не стал. Пообещал вызвать их в самое ближайшее время к себе и настойчиво посоветовал не покидать город.
- Нам предъявлены какие-то обвинения? – Чернышов, большую часть беседы промолчавший к явному огорчению следователя, выразительно поднял бровь.
Наверное, это талант такой у человека – выразительно поднимать одну бровь. Сама Лариса им не обладала, потому поддержала лишь заинтересованным молчанием.
- Нет, пока ничего предъявлять не будем.
Это проклятое «пока», наконец-то произнесенное вслух, странно успокоило.
- И все же из города лучше не уезжать? – уже с неприкрытой иронией повторил Александр.
- Совершенно верно.
Выходить из здания пришлось через главный вход – возле заднего копошились несколько человек, среди которых все тот же румяный следователь. Хотя копошение больше походило на дружеский перекур прямо под табличкой «Курение запрещено». Во всяком случае, сигаретным дымом воняло на два этажа.
Встречаться с ними после совсем недавнего прощания ни у кого желания не возникло, поэтому, не сговариваясь, свидетели тире подозреваемые направились к парадной лестнице.
- Все плохо, да? – помолчав минуту, уточнила Лариса.
- Плохо это немного лучше, чем нынешняя ситуация, - вынужденно вздохнул Чернышов, осматривая по пути холл.
Два камеры, одна направлена на входную дверь, вторая в коридор. И ту, и другую вполне можно обойти, достаточно кепку на глаза пониже надвинуть. По летнему времени ничего удивительного."
"Никаких турникетов с системой электронных пропусков, значит, вход и выход никак не фиксируется.
Чего ж все так дерьмово-то, а?
- И что теперь делать? – Лариса прибавила шаг, стараясь поспевать за быстро идущим Чернышовым. Произошедшее сегодня настолько выбило её из колеи, что она по умолчанию признала его старшинство. А может, просто боязно было остаться наедине с произошедшим кошмаром, потому без разницы кто, зато живая душа рядом.
- Землю носом рыть, чтобы понять, кто так твоего компаньона приголубил. И молиться, чтобы он выжил.
