Карине показалось, что повар поморщился под своей белоснежной маской.
– Знаккер Гард достойно пережил эту потерю, – с легкой иронией отозвался он.
Эррен хмыкнула:
– Как же, как же… Может, покормим ребенка, а, Мастер? Или сразу учить начнем?
Тот издал легкий смешок.
– Конечно, сначала покормить, – встряла Карина, усаживаясь на стуле. – Поучить и без отрыва от еды можно. А вообще, вы бы мне лучше рассказали, где я нахожусь.
– В доме твоих предков, балда, – усмехнулась Эррен. – Мастер, можно ей завтрак?
Маска осталась неподвижной.
Мастер шепнул что-то еле слышно, и на столе перед Кариной появилась такая же чашка, как у Эррен, наполненная густым ароматным какао. Впрочем, называть это чудо «какао» было бы неправильно. Шоколад – в самый раз. Само собой, словно вылупившись из воздуха, на столе возникло белое блюдо с теплыми булочками и парой бутербродов.
– Я угадал? – спросил Мастер, и Карине показалось, что он улыбается. – Ты съешь кремовый виток, а потом бутерброд с солеными овощами.
– Угадали… но как?
Каринина привычка заедать сладости соленостями была предметом вечной ее борьбы с мамой и Ларисой.
Эти двое, которые типа «взрослые», радостно заржали.
– Карина, это Великий мастер, – сказала Эррен, отсмеявшись. – Думаешь, я его только ради вкусных плюшек от Рейберта Гарда переманивала? Мебиус великий, нет, конечно…
– Зачем тогда?
Эррен покосилась на Мастера. Тот еле заметно кивнул. Ему уже не смешно, нахмурился, поняла Карина.
– Тот, кто готовит людям еду, знает все о них самих, об их предпочтениях, о том, как сделать их здоровыми и сильными… короче, все о жизни и о том, как ее прервать, – враз посерьезнев, скороговоркой выпалила Эррен. – Повара – искусные убийцы, чтоб ты знала. Я надеюсь, такие услуги Великого мастера мне не потребуются. Но если вдруг… пусть он лучше будет у меня, чем у Гарда."
"Брр, чудесный мир это Трилунье. Пьешь себе какао и вдруг – бац! – узнаешь, что его приготовил крутой киллер.
Повар поймал ее настороженный взгляд, улыбнулся своими невнятного цвета глазами через прорези маски, и… на кончиках его пальцев распустила крылышки смертоносная стальная стрекоза одного из его клинков.
– Не понимаю, чем вам не угодил знаккер Гард, – проворчал повар, не убирая свою «стрекозу», зато беря из воздуха (ах да, из глубины!) чашку и запросто присаживаясь рядом с Кариной.
