– Что за покупатель? Где покупатель? Кто это? Кто пришел?
Из угла выкатились два малыша лет пяти-шести, оба с такими же черными кудрями, как у громилы за прилавком.
– Ой, большая девочка! А я Моро, а это Санди. Но я старший. А ты кто?
Присутствие таких мелких мальчишек Карину успокоило. В самом деле, если ее и будут убивать, то не при детях же. К тому же две пары одинаковых черных глаз смотрели на нее с веселым любопытством, словно спрашивая: «Давай играть, а?» Она даже чуть не согласилась, забыв про все свои передряги.
– Девятнадцать, Эрнест, – видимо, продолжил прерванный разговор покупатель в плаще, и его негромкий голос заполнил все пространство лавки. – Я заберу все. Если будут еще, сообщи мне первому.
– Конечно, великий мастер, – насмешливо отозвался продавец. – Корни травы-химеры, как только прибудет новая партия, сразу сообщу. Жаль, что в этом столетии поставка уже была, ждем следующего века.
– Благодарю, друг, – без тени веселья отозвался покупатель. – Сколько с меня?
– Тридцать восемь полнолуний, – потер руки медведеподобный Эрнест и погрозил мальчишкам пальцем: – А вы, обормоты, отстаньте от гостьи, дайте ей дух перевести.
«Великий мастер» отсчитал монеты и обернулся к Карине. И она в очередной раз за этот день раскрыла рот от удивления и забыла закрыть.
Плащ незнакомца был наглухо застегнут от подбородка до острых кончиков сапог. Или ботинок. Снаружи непонятно, но он непременно должен носить сапоги, как же иначе… Капюшон тоже был туго стянут шнурком под подбородком, оставляя открытым лишь небольшую часть лица.
Вернее, то, что у всех нормальных людей является лицом. А у незнакомца это было маской. Белоснежной, с тонкими чертами, исключительно красивой, но – маской.
– Что такой юной барышне могло понадобиться в Лавке странностей старого Эрнеста? – Звучный голос незнакомца доносился, казалось, не из-под маски, а сразу отовсюду. – И почему ты дрожишь? Мы не намерены тебя обижать. Тебя, похоже, и без нас обидели. Тебе нужна помощь?
– Помощь, помощь! Конечно, нужна! – загомонили Моро и Санди.
– Дедушка поможет девочке. Дедушка, правда?
– Вот ведь неслухи, – сокрушенно вздохнул Эрнест, обращаясь уже к Карине: – Так что с тобой приключилось?
Она не успела ответить. Дверь в лавку распахнулась, и внутрь вбежал первый из всадников, приземлившихся на площади. Под потолком с противоположной стороны лавки, жалобно зазвенев, разбилось окно, и внутрь свесился темно-красный хвост драконоида.
