Через запах лекарств и сыроватого бетона доносилось что-то невнятно-знакомое. А смотрел он на нее как-то уж совсем отчаянно.
– Ты кто? – спросила она, смутно догадываясь, каким будет ответ.
Но молодой человек просто вытащил из-под одеяла и осторожно опустил поверх него руку. Левую.
Мускулистая загорелая ручища заканчивалась истонченным, словно после гипса, запястьем. И оно не было человеческим.
Надо же, что отросло вместо откушенного.
Она растерянно заморгала, ничего не понимая.
– Я Кира, – запоздало ответил ее бывший конкурент из архива.
Прозвучало это как-то и успокаивающе и… умоляюще, что ли. – Меня зовут Кирилл. Для своих я – Кира.
А она, значит, своя? Ох, сколько всего Карина хотела высказать на тему «ты меня чуть не убил, мало тебе лапу откусили». Но не стала. Как-никак, перед ней был раненый. И наверное, пленник к тому же. Наговорить гадостей в такой ситуации – мало чести, да и радости мало.
Но если обойтись без гадостей, то сложновато придумать, что вообще можно сказать.
– Ты… почему тут лежишь?
Он усмехнулся, все еще нерешительно:
– Потому что я чуть не сдох от такой… травмы.
Но у меня регенерация. Работает лучше человеческой. Лучше, чем у тебя даже. Хоть и вот так. Нога зажила?
– Какая нога? – брякнула она и вспомнила, что порезала ногу стеклом, вылезая из архива. – Да зажила уже. Слушай, я всю голову сломала, кто ты такой? Я уже поняла, что ты Кира, но если ты не волк, как я, то кто тогда?
– Ликантроп. Знаешь, что это?
Она кивнула, потом помотала головой. Ощущение было такое, что в голове вот-вот перегорят какие-нибудь контакты.
А Кирилл (или все-таки Кира?) заговорил торопливо, резкими, рублеными фразами, не вяжущимися с виноватой интонацией:
– Я оборотень. Не волк. Полуволк. Раньше был человеком. Потом был ранен. Укусили. Очнулся…
– Гипс! – перебила его Карина. – За нами зачем гнался? Вертолет ты запускал? Зачем все это? Только говори нормально, чего ты как робот?
Кира запустил здоровую руку в шевелюру словно клок выдрать собрался.
– Я почти отвык.
Ты… может, сядешь? Мне все кажется, что сейчас сбежишь.
– Угу, сяду, спрошу, зачем тебе такие большие зубки, – огрызнулась Карина больше на автомате, но все же уселась прямо на холодный пол, подогнув под себя ноги. – Слушаю тебя очень внимательно.
Кира немного расслабился и заговорил вполне нормальным языком:
– Я был на службе у одного… могущественного человека. Вернее, еще раньше я служил в армии по контракту. Воевал. Ну а на войне – как на войне… иногда стреляют.
