Есть ли у них гостиницы? А буфеты? Командированный слышал, что город до сих пор не оправился от погрома, который учинили в октябре девятьсот пятого года лихие люди. Опасно оказаться возле русского человека в час безвластия!
Собаки, почуявшие скорый отдых, наподдали и вынесли нарты вверх по Рельсовой улице вдоль замерзшей Дуйки. Конно-железная дорога, карантинные склады, пристань — все было заметено снегом. Мелькнули по левую руку пригородные слободы: сначала Малая Александровка, потом просто Александровка, за ней Солдатская, и они выехали на плац.
Сыщик увидел, как изменился центр. Часовня в память избавления цесаревича от угрожавшей ему в Японии опасности стояла на своем месте. Покровская церковь, выстроенная каторжниками, — тоже. Зато здание канцелярии губернатора было новое, взамен сожженного. А на месте сгоревшей тюрьмы теперь ютились занесенные снегом огороды. У половины частных домов зияла пустота на месте выломанных окон и дверных проемов, часть казенных тоже до сих пор не подновили.
Столько лет прошло, а жизнь до конца так и не вернулась в островную столицу…"
"Заиндевевшие путники вылезли из нарт, извлекли свои пожитки и расплатились с каюрами. Те, бросив собак и повозки прямо на площади, отправились в ближайшее питейное заведение.
Через пять минут гостей принял губернатор, действительный статский советник Григорьев. Командированные первым делом спросили, не пойман ли подозреваемый Почтарев? Вдруг его схватили на въезде, как предписывалось телеграммой. Начальник области не обрадовал гостей.
Бандит скрывается, его местонахождение неизвестно. И тут же заговорил о другом:
— Что вы, господа, с порога — и о службе… Три дня на холоде! Сначала согрейтесь, отобедайте, баню я вам уже приказал истопить. Где намерены разместиться?
— А где у вас обычно селятся приезжие, Дмитрий Дмитриевич? — поинтересовался Лыков.
— С этим туго. В гарнизонном собрании есть комната для кратковременного проживания. Поселим туда ваших помощников. А вас прошу быть моим гостем.
— Спасибо!
Григорьев продолжил объяснения:
— Частных квартир внаем почти нет, а те, что есть, очень дороги. На Луговой улице имеются номера. Два рубля в день без еды и прислуги! А кормиться тоже негде. Советую в буфете того же гарнизонного собрания, там хотя бы не отравят. Из ресторанов имеется один лишь «Тихий океан» Анастасия Романенко. «Мартель» — четыре рубля пятьдесят копеек бутылка, «Семнадцатилетний» — на рубль дешевле. Пиво и местное, и японское.
