Они гнали спирт с утра до ночи и сами регулярно пробовали его на вкус, после чего валялись во дворе пьяные…
Наконец на третий день к пивной Ма Венхина подкатили пролетки. Из первой вышли два солидных человека и проследовали во двор. Второй экипаж ссадил нескольких мужчин в манзовских шубах из енота, в желтых улах[73], по виду не отличимых от обычных ходей. Но ребята умело перекрыли все выходы, а один, самый плечистый, отправился следом за начальством.
Тут все и началось. Лыков с Азвестопуло, предчувствуя появление главных фигурантов, уже полдня томились в конюшенном сарае Ма Венхина.
Увидев делегацию, сыщики мгновенно отмобилизовались. Алексей Николаевич даже успел разглядеть лицо резидента — чеканное, острое. Лицо человека с сильным характером.
Надо было идти в комнаты. Статский советник попрыгал — ничего не звенит. Он кивнул помощнику. Тот скакнул, и в кармане его что-то звякнуло. Он извлек горсть серебра и тихо разложил на подоконнике. Пора!
Лыков нервничал. Он хорошо помнил ту плюху, которую ему много лет назад отвесил китайско-японский шпион Забабахин[74].
Их там действительно учат драться голыми руками… Он убрал в карман браунинг и бесшумно вошел в сени. Плечистый телохранитель стал было разворачиваться, но получил кулаком по загривку и повалился на пол. Питерцы ворвались в комнату. Лже-посредник лежал на постели со скорбным лицом. Другой китаец, в возрасте, пытался встать со стула, но запаздывал. А вот третий, помоложе, махнул ногой.
Зная, чем может кончиться дело, сыщик успел уклониться.
Сапог больно заехал ему по уху. В ответ полетел кулак, и противник распластался лицом вниз."
"На этом схватка и закончилась. С улицы монголы потащили внутрь остальных телохранителей Тунитая. Их уже оприходовали как следует, о сопротивлении речи не было. Плечистого подняли, но он был без сознания. Тунитай мотал головой и стонал. Лыков был зол: ухо болело, и вообще… Он как-никак статский советник. Алексей Николаевич поднял резидента за волосы и тихонько стукнул затылком о косяк.
Тут же из-под руки вынырнул Насников и посмотрел укоризненно:
— Алексей Николаевич! Я вас прошу!
— Без вас разберусь, — сухо ответил сыщик и бросил китайца на стул, как ветошь. Тот посидел-посидел и открыл глаза:
— А? Что это было?
Резидент говорил по-русски без акцента. Ишь, выучился, сволочь… Лыков был по-прежнему зол и начал агрессивно:
— Ну? Допрыгался?
— В каком смысле? Вы кто такой, чтобы драться?
— А ты еще не понял? Я Лыков.
