Но тут Эдвард Паркхилл и лорд Мерридью перехватили Россингтона, и он вынужден был замешкаться, чтобы побеседовать с ними.
Меган едва подавила вздох разочарования. Но тут грянула музыка, и перед нею склонился Солсбери, предлагая ей руку. Девушка не без сожаления позволила ему увлечь себя в толпу танцующих.
Она чувствовала, что Россингтон неотрывно следит за ней взглядом, но не отваживалась поднять на него глаза. И, всецело сосредоточившись, считала шаги, склонялась в заученных поклонах, изящно кружилась в танце, вяло улыбаясь своему кавалеру и не видя его лица… Сердце глухо стучало у нее в груди, для нее сейчас существовал в целом мире лишь Россингтон.
Найдя в себе наконец смелость поднять потупленный взор, Меган увидела, что он пристально смотрит на нее поверх голов щебечущих вокруг него барышень. Бедное сердце девушки едва не выпрыгнуло из груди…
Тут музыка смолкла, Меган присела в реверансе и едва не пошатнулась.
– Вы так разгорячились от пляски, леди Маргарет… Ваше лицо пылает. Не принести ли вам прохладительного? – любезно предложил Солсбери.
– Вы весьма любезны, – выдавила девушка.
Сейчас ей был жизненно необходим глоток воздуха… Когда кавалер отошел, Меган поспешила к дверям, что вели на небольшой балкон. Это было вопиющим нарушением правил, блюсти которые призывала матушка: не подобало девушке покидать пределы хорошо освещенного бального зала, ускользая из-под надзора старших леди… Но Меган с наслаждением окунулась в бархатную темноту ночи и вдохнула всей грудью прохладный воздух.
Ей хотелось домой. Нет, не в Дандрамми, а в родной Гленлорн. Она не желала, чтобы за ней ухаживали, волочились, нудно подталкивая к браку, которого она совсем не хочет. Если бы Меган по мановению волшебной палочки очутилась сейчас дома, то с наслаждением вытащила бы из волос дурацкие шпильки, скинула бы кружева, кринолин, нырнула в озеро и вдоволь наплавалась… Это было бы так… так сладко…
– С вами все в порядке? – раздался вдруг мужской голос.
Обернувшись как ужаленная, девушка обнаружила стоящего у нее за спиной Россингтона.
На мгновение язык у нее прилип к небу, лишив способности говорить.
– Д-да, – наконец удалось ей вымолвить.
Хоть на балконе было темно, Меган была уверена: Россингтон смотрит прямо на нее. Он стоял спиной к свету, виден был лишь его силуэт, а лицо скрывала ночная тьма.
– Не позвать ли вашу матушку?
– Нет! – поспешно воскликнула девушка. «Чересчур поспешно»… – Через минуту мне станет лучше.
