Подхожу к ней и быстро чмокаю в щеку.
— Спокойной ночи, Кариш. Точно все хорошо? — для достоверности уточняет мама.
Приходится кивнуть. Скрываюсь на втором этаже, чтобы больше не приставали с расспросами, а то еще вывалю ненужное. Например, о приставаниях другого парня.
Передергиваюсь. Так, надо просто выкинуть это недоразумение из головы. Видимо, Леша немного перебрал.
Стягиваю платье. Глаза неимоверно слипаются, но я все же решаю сходить в душ.
Настраиваю температуру воды и с удовлетворенным вздохом вступаю под падающие струи.
Постепенно тело расслабляется, ноги перестают гудеть. Быстро смываю с себя сегодняшний день. Выключаю воду, одергиваю шторку и взвизгиваю.
— Ты что тут забыл? — пищу я, прикрываясь шторкой и округляя глаза.
Руслан окидывает меня взглядом, от которого вспыхивают щеки.
— Во-первых, я все еще тут живу. Во-вторых, дверь была не заперта, — усмехается этот гад, все так же пожирая меня глазами.
— Ну вот ты зашел и не заметил, что тут занято? — в горле образовывается тугой комок, который я не в силах протолкнуть.
— И что, что занято?
Еще немного — и он довольно заурчит от того, что вгоняет меня в краску.
— Мог бы и выйти, — пытаюсь достучаться до его совести, но по выражению его лица понимаю, что в этом нет смысла. Эта дерзкая ухмылка и чертята в глазах о многом говорят.
— Мог бы, — красивые губы растягиваются в улыбку, — но не захотел.
— Это неприлично, Руслан, — не теряю надежды донести до него свое возмущение. — Выйди, пожалуйста."
"— А что будет, если не выйду? — выгибает бровь парень, все так же расслабленно подпирает стенку.
— Пожалеешь.
Руслан громко смеется. Протягиваю руку за душем, пока он отвлекается на свой же смех. Дергаю кран и направляю струи воды на Руса.
— Твою ж за ногу! — вскрикивает он.
И пока он отплевывается от воды, хватаю с вешалки полотенце. Стараюсь действовать быстро, обматываюсь им. Но не рассчитываю, что от воды кафель становится похожий на каток. Поскальзываюсь и в попытке удержаться на ногах хватаюсь за руку Руслана.
Мы с диким грохотом приземляемся на пол.
Руслан пытается удержать вес на руках, но и они разъезжаются в стороны, и я охаю, когда эта туша приземляется сверху.
— Боже, слон, — выдыхаю с трудом в лицо Руслану.
Мы встречаемся взглядами, и теперь я не уверена, что дыхание застревает от веса Руслана, а не от того, как темнеет голубая радужка и как учащается его дыхание.
— Мышка, ты откуда вот такая взялась на мою голову? — как-то с надрывом произносит Руслан.
