Колено слегка отдает болью. Ненадолго стискиваю челюсть. Ничего, это от непривычки. Сейчас пройдет.
— Нормально все? — уточняет доктор, прежде чем я выхожу из его кабинета.
— Да, отвык слегка за несколько дней."
"— Да, такое бывает. Пройдет сейчас, когда расходишься. Ты меня понял? Покой и сразу звонок, если чувствуешь, что что-то не так.
— Понял. Спасибо.
Выхожу в светлый коридор. Карина тут же при виде меня дергано вскакивает с места и подбегает.
— Ну что? — волнение на лице, которое я бы с удовольствием стер поцелуями.
Отец материализуется за спиной Карины.
— Что врач сказал?
— МРТ пройти, а так операция не потребуется. Если ухудшение, то звонить ему. Так что хватай Настю в охапку — и на отдых. Мы справимся. Да, Карин?
Мышка смущенно кивает и отводит глаза. А у меня закипает предвкушение.
На всякий случай машу визиткой перед носом отца, чтобы он увидел.
Слышу мышкин облегченный выдох и с трудом удерживаю довольную лыбу.
Она может сколько угодно притворяться, что ей плевать на меня и на нас, но врать ее тело совсем не умеет.
Волнуется, переживает, и это действует на меня покруче успокоительного. Потому что у самого до сих пор сердце грохочет за ребрами.
На МРТ подтверждается, что с ногой все в относительном порядке. Остается только ждать полного выздоровления.
Загружаемся в машину отца.
— Домой? Мне еще за Настей возвращаться надо. Карин, тебе никуда не надо?
— Ну если только к Миле. Я обещала заехать.
Это еще что за новость?
— Зачем? — слишком резко спрашиваю и оборачиваюсь назад.
Отец вопросительно выгибает бровь.
— Не твое дело, — вздергивает свой маленький носик Карина и складывает руки на груди.
Опускаю на минуту взгляд туда, где руки.
— В смысле не мое?
Абсолютно вылетает из головы, что рядом сидит отец. Меня не устраивает такой расклад. Что значит, она обещала заехать?
Абсолютно вылетает из головы, что рядом сидит отец. Меня не устраивает такой расклад. Что значит, она обещала заехать?
— Руслан, — голос отца заставляет поморщиться, — мне кажется, тебя это действительно не касается.
— Отлично, — отворачиваюсь от насупившейся Карины и утыкаюсь в окно. — Считайте, что я тут вместо этажерки.
— Рус…
Ничего не отвечаю. Бесит! Какого вот она творит?
Сказал же перед отъездом, что надо поговорить. Так нет же. Разыгрывает тут хрен пойми что.
В крови закипает злость. Ну раз она так ко мне, то и мне не грех развернуться к ней спиной.
Карина.
Руслан с грохотом захлопывается в себе.
