Слишком…
— Может, рванем куда-нибудь?
Морщу нос:
— Давай я хотя бы переоденусь? Думаю, родители еще на работе, поэтому успеем смотаться до их возвращения, и не нужно будет ничего придумывать.
Да, мы все еще скрываем от родителей то, что происходит между нами. И больше не поднимаем тему того, что это необходимо.
— Договорились.
Быстро доезжаем до дома, с удивлением переглядываемся, когда замечаем машину Владимира перед воротами.
— Может, что-то случилось?
Руслан только пожимает плечами. Мы тихо входим в дом, и я застываю при звуке взволнованного маминого голоса.
— Вов, в общем, не знаю, как тебе сказать. И вообще не знаю, что делать!
Они сидят на кухне. В руках у мамы стакан воды и она крепко его обхватывает дрожащими пальцами. Владимир стоит спиной к нам, и нашего присутствия никто из них не замечает.
— Да что случилось-то, Насть? Что за секретность?
Мужчина запускает пальцы в волосы. По нему становится понятно, что он начинает нервничать.
— Я беременна, — выдыхает мама и сжимается на стуле.
— И я понятия не имею, что с этим делать.
Глава 25
Внутри все обрывается, и я уже делаю шаг в сторону говорящих взрослых, но сильный захват заставляет замереть. Руслан хмурится и качает головой.
— Как понять что, Насть? — зато Владимир загорается словно новогодняя елка.
А я вдох не могу сделать. Сердце стучит как сумасшедшее, и я понятия не имею, как успокоиться.
— Рожать конечно!
— Вов, да какой рожать? Мне сорок, я уже старая. Я не справлюсь, — шепчет мама, с грохотом ставя стакан на стол и вцепляясь в волосы.
— Насть, ты с ума сошла? Какая ты старая? Ты воспитала такую девчонку, почему сейчас-то не справишься? Да и мы вроде как уже решили отношения узаконить. Или ты передумала?
Еще одна фраза бьет наотмашь, и уже я стискиваю руку Руслана, чтобы не лишиться чувств. Как она могла мне не сказать?
— Да ничего я не передумала, не говори ерунды. Просто…А как дети? Что мы им скажем?
— Что решили завести совместного ребенка? Насть, блин, это ж круто, что у нас ребенок будет.
Или ты готова лишить нас его? Но ты же понимаешь, что я этого не допущу?
Владимир опускается перед мамой на корточки и берет ее руки в свои.
— Я не собираюсь нас лишать его, — на глаза мамы наворачиваются слезы. — Я не смогу так поступить, ты что? Я люблю тебя, и к Руслану с его подколами и колючками привыкаю, но мне страшно.
— Верю, милая…
— И когда мы об этом должны были узнать?
Вопрос вырывается из меня резко. Руслан что-то рядом шипит, но мне плевать.
