Бросить науку и уйти в корпоративный мир считалось величайшим предательством.
— Не волнуйся. — Адам улыбнулся. — Том меня выручил. Когда я рассказал, что мне надоели мои нынешние проекты, мы провели мозговой штурм в нескольких новых направлениях, нашли то, что понравилось нам обоим, и составили заявку на грант.
Оливия почувствовала внезапный прилив благодарности к Тому. Он не просто спас ее проект. Благодаря ему Адам все еще здесь, и она смогла с ним познакомиться.
— Должно быть, приятно снова радоваться работе.
— Да. Наука многого требует и мало дает взамен. Трудно оставаться в академии без веских причин.
Она рассеянно кивнула, думая, что эти слова звучат знакомо. Не только по содержанию, но и по форме. Впрочем, не удивительно: именно это сказал ей Тот Парень в туалете много лет назад. «Академия — это куча вложений с мизерным выхлопом. И важно, достаточно ли веские у вас причины для того, чтобы стремиться в академические круги».
Внезапно в мозгу у нее что-то щелкнуло.
Глубокий голос. Расплывчатый темноволосый образ. Четкая, отрывистая манера говорить. Могут ли Тот Парень в уборной и Адам быть…
Нет. Это невозможно. Тот Парень был аспирантом… хотя разве он сказал это прямо? Нет. Он сказал: «Это туалет моей лаборатории» — и что он тут уже шесть лет, и он не ответил на ее вопрос о защите, и…
Невозможно. Невероятно. Непостижимо.
Как и все, что касалось Адама и Оливии.
О боже. Что, если они действительно встретились впервые несколько лет назад? Все равно он, вероятно, не помнит.
Наверняка. Оливия была никем. И все еще остается никем. Она подумала, не спросить ли его, но зачем? Он понятия не имел, что пятиминутный разговор с ним стал импульсом, который был нужен Оливии. Что она думала о нем все это время.
Оливия вспомнила последнее, что сказала ему: «Может, увидимся в следующем году», и, ох, если бы она только знала. Она почувствовала прилив чего-то теплого и мягкого в той податливой части ее тела, которую она берегла сильнее всего.
Она взглянула на Адама, и это чувство стало еще больше, еще сильнее, еще жарче.
«Ты, — подумала она. — Ты. Ты просто самый… Худший… Лучший…»
Оливия засмеялась, качая головой.
— Что? — озадаченно спросил он.
— Ничего. — Она улыбнулась ему. — Ничего. Знаешь что? Мы с тобой должны выпить кофе. Чтобы отпраздновать.
— Отпраздновать что?
— Все! Твой грант. Мой год в Гарварде. То, как круто развиваются наши фейковые отношения.
