— Нам надо поговорить. — Отталкиваюсь рукой от пола и поднимаюсь, отвечая на прищуренный взгляд.
— Говори. — Продолжает копаться в сумке, рассматривая меня теперь подозрительно. — У меня мало времени. — Отрывается взглядом от моей одежды и находит глаза."
"— Не тут же. Давай к тебе зайдем. — Киваю на дверь как раз в тот момент, когда она вынимает связку ключей и сжимает крепко в руке.
— Нет, ко мне мы не пойдем. Если что-то срочное, говори сейчас, нет — решим завтра на работе. — Ее тон бескомпромиссный.
И долго она ждать не собирается.
— Красивые цветы. — Киваю на букет и делаю несколько шагов в ее сторону, чтобы не кричать и, одновременно, быть ближе.
— Ты об этом хочешь поговорить?
— Только ты не любишь розы.
— Не надо строить из себя человека, который очень хорошо знает меня и мои привычки. Зачем ты приехал? — Она рассматривает рисунок на моей байке, чтобы избегать взгляда, и недовольно вытягивает губы вперед.
Я должен что-то сказать, но не знаю, с чего начать. Пытаться объяснить, что у меня внутри, так же сложно, как признаться, что я был не прав.
— Алиса, ты все делала правильно. — Цепляюсь за вопрос, на который так и не ответил тогда в ее квартире. — Я не мог тогда по-другому поступить.
— Ну хорошо, не мог и не мог. — Пожимает плечами, как будто несколько дней назад это было очень важно, а сейчас — нет. — Это так давно было, что уже и вспоминать неприлично, Никифоров.
Если бы она знала, как меня потряхивает от того, когда она называет меня по фамилии, что тут я еле сдерживаюсь.
Это так увеличивает расстояние между нами, но, одновременно, так много ей позволяет.
— Ну ты же вспоминаешь.
— С чего ты взял? — Фыркает в ответ. — Я только что со свидания и мне нет дела до того, что там когда-то было.
В это время из соседней квартиры выходит женщина с собакой на поводке и косится на нас, словно знает меня.
— Может, все же зайдем к тебе? — Делаю еще одну попытку.
— Для тебя вход в эту квартиру закрыт. Если, конечно, у тебя есть какое-то уважение ко мне и ты не поступишь как обычно.
Примешь решение за меня и сам сделаешь. — Разводит руками, замолкая.
— Я не сделаю так.
— Хорошо, это все?
— Нет, — я делаю глубокий выдох. Как же тяжело вывернуть душу. Даже перед ней. И после всего, что было.
— Марк, ты хотел поговорить. Говори.
— Все, что бы я сейчас не сказал, ты не воспримешь всерьез.
— Например, — усмехается в ответ, дергая плечами.
— Например, что я скучаю по тебе.
