Ты же ходишь так, будто пришел не с женой, а с любовницей. Давай. Хотя бы при мне ты будешь выглядеть серьезно и по-взрослому.
Я не хочу менять свой гардероб и стиль ради кого-то. Мне удобно в этом и все устраивает. Но в ее словах есть правда. Если мне предстоит выходить на новый уровень, то надо будет обзавестись парочкой деловых костюмов.
— И твое лицо всегда должно быть идеально гладким, — продолжает обработку Мисс Совершенство, — это показывает, что ты следишь за собой и внимателен к таким деталям.
— Сейчас в моде бороды, — смеюсь, намекая, что проще ее отрастить, чем бриться каждый день.
— Ну у тебя же не борода, так, какой-то подшерсток. Вот отрастишь бороду, тогда будет другой разговор, ее надо будет подстригать. Каждый день, между прочим. И вообще, когда ты ко мне прикасаешься своей щетиной, то травмируешь сухую кожу и воздействуешь на нее агрессивно, вызывая раздражение.
— Блин, я как будто избиваю тебя. Проще вообще тебя не трогать.
На этом месте, мне хочется оставить ее одну и свалить в закат.
Какого черта я должен под кого-то подстраиваться?! Менять то, к чему привык и то, что мне нравится.
Но в этом была своя выгода. И самая большая в том, что я не должен был признаваться кому-то в любви, охранять чьи-то чувства, бояться переключиться на другого человека и сделать больно жене. Она знала, за кого выходит замуж и ее это устраивало. Возможно, она ждала, что общая жилплощадь и постель сделают свое дело, что во мне проснутся какие-то чувства. Но единственное чувство, которое во мне проснулось, — это благодарность, что она не лезет ко мне со всей этой ерундой.
Единственная женщина, которая будоражила мои воспоминания, явно уже забыла меня и вряд ли когда-то поймет и, тем более, простит.
***Прим. автора: Я его не оправдываю. Он действительно так решил для себя тогда. Для нее это, конечно, предательство, для него — благородство. Он не стал ей морочить голову непонятно чем, а спокойно ушел, пока еще все не зашло слишком далеко.
Ауди
Я просыпаюсь в четыре утра и не могу уснуть.
Еще один укор моей совести — моя старая машина. Я беру телефон и, скинув одеяло, иду на кухню. Наливаю себе стакан и набираю своего водителя.
— Да, Марк Алексеевич, — говорит бодро, будто и не спит уже. На самом деле он просто бывший военный и вставать по первому требованию у него в привычке.
— Где моя ауди, та старая, помнишь?
— Стоит у меня в гараже. Вы же сами отдали мне ключи и сказали, чтобы она больше не попадалась вам на глаза.
