Все попытки сгладить что-то, как песок, утекают между пальцев, и я не могу ничего с этим сделать. Я пытаюсь что-то сделать, залатать старую дыру, как появляется новая. Будто сама судьба против нас и она не для меня."
"Внутри горит все, как представлю их вместе. Он запускает руку ей под рубашку, а она позволяет сминать кожу и касаться губами.
В следующую секунду левая рука начинает гореть от сильного удара, а следом мое отражение напротив покрывается паутиной трещин.
Подставляю руку под струю воды, окрашивая ее в красный цвет.
Физическая боль сейчас — то, что нужно, чтобы отвлечься. Достаю телефон и вызываю охрану, рекомендуя прихватить аптечку.
— Что-то случилось? — Человек в форме оказывается возле меня через минуту.
— Я случайно разбил зеркало. Никифоров Марк Алексеевич, — показываю пропуск, чтобы сверил имя. — Выставите счет, я оплачу. — Девушка, пришедшая вместе с ним, обрабатывает мне руку антисептиком, прикладывая салфетку к царапине на коже.
Сдохнуть можно от того, насколько сильно я ревную ее ко всем.
31
Возвращаюсь с ребятами в кабинет и замечаю свои пионы, стоящие в вазе с водой на столике в углу. Рядом пакет с моим подарком. Не знаю, кто это сделал, но мысленно его благодарю.
— У меня сегодня еще много дел, так что мы с вами максимум до обеда задержимся, — возвращает всех с небес на землю Никифоров.
Не умеешь ты, Никифоров, делать подарки. Если бы ты сам мне сказал, что завтра все отменяется, то я бы первая тебя расцеловала, цветы подарила и даже пару грехов простила.
Мы еще раз прогоняем мою презентацию.
Разбираем какие-то вопросы, и дальше Марк рассказывает о следующей задаче, которую нам предстоит сделать.
Если бы выступал он, ему понадобилось бы один раз пробежаться по тексту взглядом и ответить все без запинки. Мне же все эти тонкости давались куда сложнее.
Может, заболеть завтра и не прийти? Марк ведь знает все и сам ответит. А может, позвонить вечером и попросить придумать что-то, чтобы мне не надо было позориться. По-моему, за всех должен отдуваться руководитель, а не я.
А еще делает вид, что оберегает меня и помогает. Вот, где его помощь была бы кстати. Тут бы он доказал, что может взять на себя ответственность за все, а не меня кидал на съедение.
— Алиса, — окликает меня Никифоров и я понимаю, что не слушала его несколько последних минут. — Ты что?
— Ничего, я слушаю.
Он смотрит в глаза и ждет от меня каких-то действий, а мне остается только прикусить губы и вопросительно на него посмотреть, чтобы он повторил.
