Я еще больше зауважала Муара, тот сразу сказал — вот тебе, Дана, мужик, вот тебе магия и память двойника — выплывай. И никаких тебе ограничений, и надсмотра. Надо — помогу. Не надо — лезть не стану.
А Лирас, даром что женщина и богиня Любви, словно змея опутывала своими речами и продвигала свою политику. Ей прямо позарез было необходимо все контролировать.
Нет уж, раз меня сюда занесло, раз мне предстоит тут жить и выбирать из двух мужчин, я выясню всю правду о повелителях фэлроу и о том, что боги не договаривают.
Им ведь явно на руку утраченные знания рода Ивредо. А вот мне — это не нравится.
Только в одиночку я буду слепым котенком искать правду. Мне необходим независимый помощник и вот им должна стать Швабра, которую не посмеют наказать. И если мне очень повезет, то она останется при моих детях, а там и при внуках.
В общем, я задалась целью присвоить себе ларинь. Отнять свое благословление боги не могут и щедро напитывают своей энергией, которая необходима Швабре. Так что она сможет от меня, точнее от моей ауры, подпитаться.
Потом и от моих детей.
Я окончательна взмокла и охрипла прежде, чем мы пришли к консенсусу по большинству из имеющихся пунктов, но оставалось три, которые богиня не желала ни убирать, ни корректировать.
Бессонная ночь давала о себе знать, но я не расслаблялась.
— Дана, эти пункты обязательны, — в который раз произнесла богиня.
Сейчас она перестала меня запугивать и говорила вкрадчивым голосом. Понимала, что меня и без того в сон клонит и полагала, что я соглашусь на все, лишь бы поскорее закончить.
Но не на ту напала."
"— Хорошо, пункты могут остаться, но их формулировку мы изменим. Если это дар, безвозмездный, то почему он должен будет вернуться к вам после моей смерти? Он принадлежит мне, а значит и моим наследникам.
— У тебя их нет, — прошипела Лирас.
— Но будут.
— Вот когда они появятся и решим…
— Тогда следует изменить пункт под номером тридцать, в котором прописано, что после подписания, внесения изменений и поправок к имеющимся пунктам, невозможно.
— Но это невозможно!
— Тогда зачем вы мне лжете, говоря, что мы вернемся к вопросу об оставлении ларинь с моими наследниками после того, как они у меня появятся?
— Я никогда не лгу…
Пафоса-то сколько!
— У вас есть другое название тому, что вы делаете? — мрачно спросила ее, ни капли не испугавшись демонстрации силы.
Волна уже раз десять меня с ног сбивала, а сейчас всего лишь ветер поднялся. Не убьет же она меня.
