Одного толчка будет достаточно, чтобы все миры исчезли, все боги исчезли, все, о чем знаешь ты и к чему ты привыкла уже никогда не будет существовать.
— Все будет иным, — тихо возразила ему, едва найдя на это силы. — Вселенная восстанет фениксом.
— Какая разница, если ты больше никогда не возродишься?
— Как и не возродятся твои обидчики.
— Умница.
Я промолчала. Сил на это не было. Тем более, я увидела Антареса. Или то, что от него осталось.
Скелет, обтянутый кожей. Я не знаю ничего, что могло так быстро и легко превратить здорового человека практически в мумию.
С одним отличием. Ант дышал, но находился без сознания.
— Ты удивлена? Он отдал всего себя, всю свою силу, чтобы закрыть «дырку» и у него, кстати, получилось.
— Как и у тебя. Он ведь нужен был тебе вот таким беспомощным. — Голос сорвался, я едва сдерживала рыдания.
— В другом состоянии сердце не позвало бы тебя. Ему нужна твоя помощь.
— Почему именно моя? — я бы хотела, чтобы ноги подкосились, но я медленно приближалась к Анту.
— Потому что ты в состоянии вернуть свою пару в первоначальное состояние.
Смысл сказанного доходил до меня туго. Мои руки уже гладили ледяные плечи Анта, потускневшие волосы, которые словно мочалка облепили его исхудавший лоб.
— Только я тебе этого не позволю.
Кто бы сомневался. Я не видела смысла отвечать. Я осматривала Анта, сдерживая рыдания, что желали прорваться наружу. Не сейчас, Дана, поплачешь позже. Сейчас нужно подумать и очень хорошо подумать! Я пыталась понять, куда делась ларинь. Она ведь не могла просто исчезнуть? Если они оба прошли слияние, значит она должна быть где-то рядом.
Но ее не было!
— Не ларинь ли ищешь? — ехидно спросил псевдо Аржи. — Она вернулась к создательнице. Или ты правда считаешь, что ей это слияние далось без последствий?
Нет, не считаю, вот только к Лирас она вернуться не могла. Контракт бы не дал. Так что пусть говорит, что хочет. Истиной это все равно не будет.
— Шваби, милая, где ты? — мысленно потянулась к нашей связи.
Вот только ответом была тишина.
Во мне просыпалась нежность и жалость. Я чувствовала ее теплыми волнами внутри себя. Хотелось гладить волосы Анта, скользить пальцами по его коже, прикоснуться губами к его губам. Учитывая ситуацию, это было, мягко говоря, странным.
Куда сильнее было мое желание раздать на орехи лицу, виновному в состоянии Анта. Но нежность брала верх. И я не сразу сообразила, что проблема в магии, которая зовет меня и подталкивает к этому.
— Поцелуй любви, которого не произойдет.
