— Звучит пафосно, — надо же, вечность у нас будет. — Мне боги бессмертия не обещали.
— Зато обещаю я. Хватит тянуть время. Попустишь самое интересное.
Властные нотки в голосе Аржи напугали меня. По спине побежали мурашки. Раньше он меня не пугал, а сейчас кажется, что из его глаз на меня смотрит кто-то другой, более древний и могущественный.
— Что ж, раз ты вызвался заменить фрейлин, — я поднялась с кровати, — тебе и подбирать мой наряд.
— О, тебе понравится мой выбор, — жадным взглядом пробежавшись по моей фигуре, произнес Аржеар.
Ну да полупрозрачная сорочка явно не была призвана что-либо скрывать. Честно говоря, и её бы не стала надевать, если бы не ночевки с Антом, так-то я привыкла спать обнаженной.
Вдох-выдох, Дана, ты выдержишь одевание с помощью Аржи. То, что он стопроцентно меня облапает — не сомневалась. Иначе, откуда бы на его лице была столь дерзкая и предвкушающая улыбка? И не прогадала, ровно так и вышло.
Наряд, выбранный Аржи, явно принадлежал не мне. Не знаю откуда он его притащил, при этом не потревожив защитные чары дворца, но факт оставался фактом.
Передо мной на кровати лежало не только платье глубокого синего цвета, богато расшитое золотой нитью, но и белье к нему.
Вот с него он и начал.
Его холодные пальцы легко скользили по моей коже, не вызывая ничего кроме отвращения, которое я тщательно прятала. Мысленно я благодарила свою работу в клубе за то, что научила меня оставаться спокойной внешне и внутренне, даже когда случался армагедон.
Пока этот козел одевал меня словно куклу, я сохраняла нейтральное выражение лица и думала о том, что Ант бы себе подобное не позволил.
Достаточно вспомнить нашу первую встречу. Он тоже меня одевал, причем забрал сорочку Арнель, но явно не лапал меня в процессе! А думал о том, что мне будет неловко очнуться голой перед мужчиной, который, к тому же, позволил себе лишнее в отношении незваной гостьи. Главное не убил, хотя мог бы и был в своем праве.
А этот… водит пальцами по обнаженной спине, без стеснения спускается к ягодицам… Явно наслаждается и моей покорностью, и беспомощностью.
Урод.
— Аржи, если бы меня так одевали мои фрейлины, моими бы фрейлинами они быть перестали. — Все-таки ощущение мерзости происходящего пересилило. — Ваш камердинер тоже вас так оглаживает?"
"Понимала ли я, что он может взорваться? Естественно, в этом мире явно об однополой любви не слышали и не допускали. Раз уж боги вмешивались и даже создали ритуал, при котором истинная пара становилась родственной душой.
