Поколение Ивредо раз за разом проводили ритуал, который дробил их силу на несколько частей, делая их больше людьми, чем божественными существами, и при этом не знали истинной подоплеки происходящего. Нет, понятно, что большую часть знаний они утратили и явно не без божественной помощи со стороны, но…
— Ты можешь себе представить рождение нового бога? — таким тоном произнесла ларинь, что я поежилась. — Пошатнувшееся равновесие, хаос, разруха, вседозволенность…
— Стоп! — Я остановила мрачную картинку, которую начала рисовать ларинь.
— Равновесие пошатнулось еще в тот момент, когда два бога исчезли, и разве не для этого отец Антареса ушел в другой мир, когда преобразование сердца в груди сына завершилось? Чтобы не нарушить это самое проклятое равновесие. Но вселенная не терпит дыр. Она заполняет пустоту и то, что смог прорваться «уничтоженный» бог, а ты меня не переубедишь, их явно было два, ясно говорит о том, что гармония, достигнутая предком Ивредо, призрачная и шаткая. Вселенная возвращает утраченное.
Ларинь, попытавшаяся мне возразить, захлопнула рот и задумалась. Ее усики были в движении, словно она к чему-то принюхивалась.
— Я считаю, что тот бог, давший начало роду Ивредо, был не прав и эгоистичен. Да, Ивредо сильнее всех в этом мире, точнее наследник Ивредо сильнее всех. Да, он латает дырки в мирозданье, не давая продраться в этот мир другим враждебным существам, следит за порядком, не давая уничтожить расы, живущие в мире, однако…
— Однако что? — мрачно спросила ларинь.
— Да то! Он оставил вместо себя стражников, церберов, при этом утаив правду! Это разве нормально? — Я рассердилась и сделала паузу.
Эмоции сейчас излишни. — Это был его осознанный выбор — пожертвовать бессмертием, чтобы быть с любимой. Только его…
Швабра опять застыла, словно такие мысли еще ни разу не приходили к ней в голову.
— Что касается хаоса, то без него не бывает порядка, Шваби. И я, теперь, кажется, сообразила, какой бог помогает Аржи. Если все так, как я думаю, и равновесию нужен бог, все же миров огромное количество, а богов не так уж и много, то утрата сразу двоих, сильно ударила по вселенной.
И рациональность присуща только тому, кто отвечает за мудрость и предвидит больше плюсов, чем минусов, верно?
— Дана, ты посмотри на Антареса! — вдруг вспылила Шваби. — Каким он был до встречи с тобой?"
"— Хорошим он был, Шваби. Несмотря на то, что к своему браку подходил рационально и скептически относился к любви, о жителях мира он беспокоился и защищал.
