Потеряла сознание, а у медиков только версия самоубийства в голове! Нашли пузырек и решили – суицид! Такой удар по престижу семьи! Теперь понесется сплетня, как Павловские едва не довели невестку до могилы!
Она сокрушенно покачала головой и в задумчивости принялась вертеть в руках телефонную книжку.
– Да что вы, Виолетта Сергеевна, – подобострастно залепетала Зоя, – все знают про вашу доброту и внимательность. Я, например, завтра в институте расскажу правду! И Даша поможет, правда?
Я подергала головой, со стороны следовало посчитать судорожное движение за согласие.
– Трогательные девочки, – умилилась старуха, похлопывая Зою по руке, – только на чужой роток не накинешь платок. Если хотите помочь, уберите Ксюшину квартиру. Я люблю девочку, но надо признать, что хозяйка из нее никакая. Там такой беспорядок! В конце концов Игорьку надоест состоять при этой жуткой певичке, и мальчик вернется домой. А Ксения после больницы совсем слабая! Прямо сейчас и езжайте, вот ключи! Мы с Зоей покорно пошли к выходу.
На улице я принялась ловить такси.
– Ну ты даешь, – протянула Зоя, плюхнувшись на заднее сиденье, – тут пешком чуть-чуть идти. Не жалко денег?
Я промолчала. Дом Игоря и правда рядом, только давно уже не хожу пешком, к тому же с неба посыпался мелкий дождик, погода окончательно испортилась.
Войдя в Ксюшину квартиру, Зоя присвистнула.
– Глянь, ну и свинарник! Эта грязнуля небось три года не убиралась. Да уж, за день не справиться. Она вошла в спальню и опять выкрикнула:
– Белье как асфальт, а воняет!
Большая комната, в которой спала Ксюша, и впрямь выглядела отвратительно.
Разложенный диван, на котором в беспорядке валялись постельные принадлежности. На столе кучей громоздились тарелки с объедками, полная пепельница окурков и полупустая бутылка виски. Пол покрывали комки ныли. На комоде, служившем, очевидно, одновременно ночной тумбочкой, красовался захватанный стакан и весьма поношенный черный лифчик. Одна из бретелек пришита кое-как желтой ниткой.
Зоя распахнула окно, стало легче дышать.
Пока я обозревала поле битвы, она пробежалась по квартире и резюмировала:
– Унитаз придется напильником чистить, а в ванной Ксюша, наверное, грибы разводила. Давай уберу большую комнату, ты детскую, а кухню вместе, идет?
Не могу сказать, что перспектива выносить чужую грязь обрадовала меня до глубины души, но делать нечего.
В детской стоял жуткий запах. Я кинулась открывать окно. В комнате посвежело, но не слишком. Следовало найти источник аромата.
