– Это что? – воскликнула соседка.
Вера Ивановна деликатно опустила глаза.
– Марк Матвеевич…
Договорить она не успела, всегда приветливая Ника швырнула конверт и заорала:
– Зачем взяла? Верни ему назад!
Белый прямоугольник шлепнулся на линолеум, открылся, на пол высыпались купюры, все сотенные, было их так много, что Вера Ивановна, никогда не ходившая в церковь, перекрестилась. Похоже, в скромном конвертике находилось несколько тысяч рублей, просто огромная сумма.
– Немедленно унеси это! – взвизгнула Ника.
– Куда? – заблеяла Вера.
– Верни подонку! Голову мне морочил, любимой называл, потом струсил, – заплакала Ника, – обещал нас содержать – и что?
– Ведь он не нарушил обещания, – неожиданно заявила Вера Ивановна, – квартиру тебе дали!
– Коммуналку! Сам в пятикомнатной со своей сукой живет.
– У других и комнат нету, в бараке обретаются, – попыталась вразумить обезумевшую Нику Вера Ивановна, – смотри, сколько квадратных метров на двоих имеешь! Еще паек, деньги, грех жаловаться.
Ника упала на диван.
– Я думала, он на мне женится из-за Аськи, Марк все твердил, что она его единственный ребеночек, а теперь! Луиза мальчишку родила!
– Когда? – подпрыгнула Вера Ивановна.
– Позавчера, – шмыгнула носом Ника, – здорового, только мелкого. Аська три пятьсот была, а этот до двух кило не дотянул, может, помрет?
– Что ты несешь! – возмутилась Вера. – Разве можно ребенку смерти желать?
– А нас бросать можно? – подняла голову Ника. – Вон, с тобой деньги передал, знаешь почему?
Вера Ивановна развела руками, а Ника зло сказала:
– Потому что не успели ему про сына сообщить, как он мне позвонил и заявил: «Более общаться не станем, девочку я не брошу, раз в год она будет получать необходимую сумму!»
Ника попыталась образумить любовника и предложила:
– Давай встретимся, там, где всегда, и спокойно обсудим наши дела.
– Не о чем нам говорить, – отрезал Марк Матвеевич, – прощай.
Вся кровь бросилась Нике в голову, и она заорала:
– Так просто меня отшвырнуть не выйдет, пойду к директору и предъявлю дочь, знаешь, что тебе будет? Такой скандал затею, с работы вылетишь!
Марк Матвеевич расхохотался.
– Дура ты, – слегка успокоившись, сказал он, – нашла чем пугать. Кто из нас более ценный кадр: я или ты? Бери деньги и помалкивай, сейчас на заводе режим жесткой экономии ввели, сокращают дармоедов, сидят по десять ртов в одной лаборатории и чаи гоняют.
– Меня выгонят! – ужаснулась Ника.
