– Вовсе нет, – горячо принялась возражать Раиса, – я видела их, как тебя.
– Марк Матвеевич любит меня!
– Ага, и спит с Никой, – взвилась Рая. – Понимаю, что тебе неприятно такое слышать, но ведь нельзя отрицать очевидное! Следует принять меры! Эта Вероника небось мечтает на твоем месте оказаться.
– Марк Матвеевич нравится многим!
– Ты дура! – заорала Раиса. – Лишишься всего! Детей-то не родила, а у этой прости господи девка подрастает. Подумает твой, подумает и поменяет жену!
Луиза положила в мойку тарелку, вытерла руки о фартук и улыбнулась.
– Не хотела пока тебе говорить, да, видно, надо. Я беременна, второй месяц уже.
Рая ахнула:
– С ума сойти!
– Почему? – спокойно спросила Луиза. – Мы с Марком Матвеевичем любим друг друга и хотели ребенка, и вот он наконец получился.
В отведенный природой срок на свет появился мальчик, нареченный Матвеем. Луиза тяжело перенесла роды, все-таки она уже была не молода, и Раиса временно перебралась к сестре, чтобы помочь той ухаживать за младенцем.
Марк Матвеевич был категорически против прислуги в доме, он считал, что женщине вполне под силу справиться с хозяйством без наемных помощников.
Но против Раи конструктор не возражал, а когда Матвею исполнилось полгода, ученый позвал сестру жены в кабинет и заявил:
– Ты вроде любишь Луизу?
– Вам это не по душе? – с вызовом поинтересовалась Раиса.
В глазах Марка Матвеевича мелькнуло удивление.
– Луиза больна, – неожиданно участливо сказал он, – не оправится никак после родов, следует няньку для сына приглашать, но мне чужой человек мешать будет.
Значит, так, живешь у нас, смотришь за Матвеем, трудовая книжка останется на заводе, стаж пойдет. Ясно?
Раиса хотела было возмутиться, но Марк Матвеевич зыркнул на свояченицу острым взглядом, и кладовщица помимо своей воли неожиданно ответила:
– Конечно, нет вопросов!
Потом она долго удивлялась собственному поведению и пришла к выводу, что Марк Матвеевич умел гипнотизировать людей, иначе по какой причине она, свободолюбивая Раечка, согласилась стать прислугой у сестры и ее малоприятного мужа.
Глава 23
Оторвавшись от альбома с фотографиями, Раиса Ивановна констатировала:
– Вот она, жизнь! Права поговорка: не родись красивой, а родись счастливой. Что мне в результате досталось? Ну квартира, спасибо Луизке, и все! Ни мужа, ни детей! Лучшие годы на чужого ребенка пропахала, своих не завела!
– Навряд ли племянник считает вас чужой, – отметила я, – няня порой роднее матери.
Раиса выпятила нижнюю губу.
