Но мне-то мирских благ мало! Хочется так исполнить концерт, выплеснуть все… ан нет, не получается. Это просто кошмар, и деться от него некуда! Один раз, измучившись до предела, я решил никогда не брать скрипку в руки вообще! Пять часов выдержал! Утром встал, чаю попил, сходил на рынок, принес кусок мяса, решил кухарничать. Ну и что? Какая-то сила поволокла меня к пюпитру, руки сами потянулись к инструменту. Знаете, что такое «акуна-матата»?
– Нет, – слегка ошарашенно ответила я, – понятия не имею.
– Дословный перевод не дам, но приблизительно это означает: «Не борись с непреодолимыми обстоятельствами».
Человек не должен переживать по поводу того, чего он не способен изменить. Никаких проблем. Акуна-матата. Доллар упал, взорвали бомбу, налетел ураган… Акуна-матата, ты ведь не можешь этому помешать. Вот так и с нами, иными людьми. Акуна-матата! Играй на скрипке, лезь на вершину мастерства, мучайся и никогда не задумывайся над тем, почему твоя жизнь такая! Акуна-матата! Так фишка легла. Это не буддизм, конечно, в его классическом понимании, но некая вариация на тему.
Закончив монолог, Ролик снова взял инструмент, занес над ним смычок, я тихо-тихо, словно катящийся по полу комок пыли, добралась до коридора и понеслась домой. Черт с ним, с сахаром и чаем, так спать лягу. Однако какой необыкновенный парень Ролик, очень талантливый, на редкость серьезный, думающий, размышляющий и, похоже, совершенно одинокий. Я в детстве тоже ощущала себя нежеланным и нелюбимым ребенком, но у меня потом появилась Томочка.
Может, и Ролику повезет, найдется и у него хороший, верный друг, а вполне вероятно, что таковых будет несколько. Нет, все-таки странно, что у лентяйки и грязнули Зины получился такой сын!
Решив не ужинать, я осторожно пошла к чуланчику."
"– Васька, – раздался крик Линды, – ты Бакса видел?
– Нет! – завопил в ответ супруг.
Я похолодела, ну вот, началось! Сейчас Линда поднимет шум, начнет носиться по квартире, повторяя на разные лады:
– Бакс, Бакс, Бакс…
Кот вылезет из сумки и предстанет перед хозяйкой во всей красе, лысый, в ползунках! Можно даже и не думать о том, что сделает Линда с гостьей, когда узнает правду про лекарство, сайру и шампунь, в лучшем случае меня вышвырнут вон.
Испугавшись, я на секунду замерла у стены и снова услышала сопрано Линды:
– Вот пакость!
В то же мгновение хозяйка вышла из комнаты.
– Бакса видела? – повернулась она ко мне.
– Н-нет, – малодушно соврала я.
– Стервец! Опять ускакал.
– Куда? – осторожно поинтересовалась я.
