В день открытия «Бамбуковая хижина» ломилась от гостей. Присутствовала вся администрация бокситного рудника. Шоу закончилось танцами. Уже светало, когда разошлись последние посетители. Успех грандиозный – большего нельзя было ожидать. Не обошлось без дополнительных затрат, но высокие цены с лихвой компенсировали расходы. Создавалось впечатление, что развлекательные программы кабаре в лесной глуши в скором времени обеспечат ему такую популярность, что для всех просто не хватит места.
Мои четыре черненькие официантки не успевали выполнять заказы.
В коротеньких юбках, блузках с глубоким вырезом и красных платочках они выглядели очень эффектно, производя сильное впечатление на гостей. Индара и Дая присматривали каждая за своей половиной зала. Квик и однорукий хозяйничали за стойкой бара, принимая многочисленные заказы. А я везде поспевал, поправляя то, что не ладилось, и разряжая обстановку там, где это требовалось.
– Вечер удался на славу, – сказал Квик, когда официантки, артистки и сам хозяин остались одни в огромном помещении.
Сели за стол одной большой семьей подкрепить свои иссякшие силы – и патрон, и служащие. Валились с ног от усталости, но были счастливы. Потом все отправились спать.
– Папийон, ты не собираешься вставать?
– А который час?"
"– Шесть вечера, – сказал Квик. – Твоя принцесса уже с двух часов помогает нам. Все готово к новому представлению.
Появилась Индара с кувшином горячей воды. Я побрился, помылся, привел себя в порядок, обнял жену за талию и повел в «Бамбуковую хижину».
На меня посыпался град вопросов:
– Все ли нормально, босс?
– А я хорошо раздевалась? Что, по-вашему, можно было бы сделать лучше?
– А как я пела? Неужто не врала? Правда, публика очень доброжелательна.
Моя новая команда действительно хороша. Бывшие шлюхи, став артистками, серьезно относятся к своей работе и, кажется, очень рады, что оставили старое ремесло. Коммерческий успех грандиозен. Единственная трудность: на такое количество одиноких мужчин очень мало женщин.
Все клиенты хотели бы провести если не всю ночь, то хотя бы бóльшую ее половину с одной из девушек, особенно из артисток. Стали возникать сцены ревности. То и дело публика взрывалась протестами, когда за одним столиком случайно оказывались сразу две девочки.
Черненькие официантки тоже нарасхват: во-первых, потому что милы, а во-вторых, потому что в лесу нет женщин. Иной раз Дая стоит за стойкой бара и отпускает напитки. Она любезна со всеми.
