Елена засмеялась:
– Для начала поясню: есть сорта чая, которые стоят как иномарка. И друзья знают, что мы с мамой любим чай. Только Анна Григорьевна предпочитает состав со специями: корица, ванилин, гвоздика и прочее. А я безо всяких добавок. Покупаю все, что кажется мне интересным, рада найти нечто редкое, если едем за границу, я первым делом спешу местный чай попробовать. Собираю рецепты. Слышали о пивной заварке?
– Нет, – призналась я.
Лена сказала:
– Так я и думала. Зайдите ко мне в Фейсбук. Я там веду просветительскую работу по чаю.
Понимаю, что не всем по карману китайский жемчужный голубой, не каждый любит и понимает вкус хорошего листа. Поэтому, кроме моих рассказов об элитных сортах и меланжах, я веду рубрику «Чаек от Анны». Там мамины рецепты с корицей, апельсином, шоколадом, какао. Кстати, на этот раздел больше откликов, чем на мой. К сожалению, люди обожают не качественный чай, а барахло. Мама, прости!
– Но «Райский сад детства» Анна Григорьевна не стала пить, – подчеркнул Димон.
Старшая Шляхтина поморщилась:
– Елена подсмеивается над моими чайными церемониями. Ей все, что «со вкусом», не по нраву. А я не люблю «пустую» заварку. Но! Если там корица, то она должна присутствовать в виде палочек. Ежели заявлены фрукты, то они нарезаны кусочками. Я не намерена пить раствор химикатов.
– Я стала после праздника разбирать подарки, открыла жестянку, – перебила ее Елена, – а оттуда так завоняло! Кто-то другой мог бы в восторг прийти. Но я-то знаю, что натуральная корица издает тонкий, ненавязчивый аромат.
А из банки прямо как из ларька с дешевым мылом в нос ударило. Фу! Сама такое пить не стану. И маме не позволю. А домработнице это в самый раз, не выбрасывать же!
Елена осеклась, потом понизила голос:
– В чае что-то нехорошее было?
– Да, – подтвердил Илья, который сидел до этого момента молча. – Но я никак не мог понять, какое растение подмешали! Пошел сначала по ложному пути, случайно узнал про фрукт Вантри. Мой приятель редактор читал книгу Геннадия Бурбонского, там упоминался этот плод, им легко отравиться, и все решат, что смерть естественная.
А в Москве нашлась женщина, специалист по ядам, которая знакома с этим плодом.
– Вантри! Гонкина! – воскликнула Анна. – Она сумасшедшая!
– Вы ее знаете? – на всякий случай спросил Коробков.
– Господи! Да конечно! – воскликнула Шляхтина. – В «Красоте Парижа» используют яды. Например, ботокс. Но у нас, кроме него, есть оригинальные разработки.
