— Хватит! Оделись? Шагайте к лифту! У вас, молодые люди, очень и очень серьёзные проблемы! Даже не представляете себе насколько…
Беру сыновей за руки, выхожу на свежий воздух. На улицы, как обычно, дубак. Молча идём к остановке, периодически поскальзываясь на ледяной дорожке.
Высказывать им что либо, шлёпать по задницам — бесполезно. Мы уже это проходили. На них не работает. Характеры лютые! К гиперактивным нужен другой подход.
В голове отчего-то снова и снова звучат обидные словечки босса:
«Чучело…
Моль…
Старая дева…»
Иду по улице с опущенной головой, в обеих руках сжимаю маленькие ручки в варежках.
Смотрю на подол своего старого пуховика, на старые, износившиеся сапоги, хочется рыдать от своей ущербности. От того, что не могу жить лучше, как бы ни старалась!
По щеке скатилась слеза.
За ней ещё одна.
Так больно мне давно никто не делал.
Я вообще редко плачу.
Всегда слёзы сдерживаю, чтобы детишек не расстраивать.
Надо быть сильной, надо бороться.
Но я не робот, не железная.
Внутри я очень ранимая и хрупкая.
Жаль, демон лицемерный этого не знает.
Не знает, как я живу и с каким трудом даются мне мои достижения.
Ну вот, накипело…
Не могу сдержать рваный всхлип, который тут же меня выдаёт.
— Мамочка, ты что плачешь? — голос Артёма.
Мальчишки резко останавливаются. Тянут меня вниз, заставляя присесть на корточки. А потом вдруг оба на меня набрасываются и крепко-крепко обнимают.
Маленькие ручки растирают слёзы на моих щеках, а тоненькие голоса всячески подбадривают, утешают.
— Прости нас, мамочка, прости! Мы больше так не будем!
— Правда-правда! Будем хорошо себя вести, обещаем!
— Ты только не плачь, ладно? Нам грустно видеть твои слёзы.
Сильно жмурюсь, пытаясь подавить слёзы, а потом их в ответ обнимаю также крепко. И моментально становится тепло. Как тёплой весной! Потому что они — мои солнышки любимые и родные! На улице минус двадцать, а у вокруг нас сейчас весна от семейного, искреннего тепла.
Ну вот как? Как на них можно долго злиться?
Может и хорошо, что они похулиганили у Демоновича в кабинете?
Титов заслужил.
Правда, я ему и так с зелёнкой отомстила…
С клеем уже перебор.
Или нет!
С клеем ему — сдача за хамские слова в мой адрес.
— Родные мои, спасибо. Спасибо за то, что вы у меня есть.
Настроение немного улучшается. Мы возвращаемся домой и отправляемся на кухню, чтобы приготовить ужин.
