Только я вновь закашлялся. На этот раз мне просто прикрыли рот ладонью, и попытался сдержаться.
– М-м-м…
– Терпи, командир, терпи! – голос Веревкина был умоляющим. – Терпи, иначе конец! – И я сделал над собой невероятное усилие. Наконец, першение в горле и боль в груди начали отступать, и я уже спокойно открыл и вновь закрыл глаза. Валера убрал ладонь от моих губ, дав спокойно вдохнуть, но неглубоко.
– Ушли? – только и спросил я.
– Кажется, – кивнул Веревкин. – Ты как?
– Удивлен, что еще жив, – прохрипел я шепотом.
– Ты один?
– Здесь да. Олега утащили ребята из отряда, хотели вернуться за тобой, но фрицы раньше пришли. Тропка узкая, не разойтись, а его первым тащили, вот и понесли дальше. Я за тобой вернулся, скоро еще боец будет.
– Что вообще творится вокруг? Немцы тут бродят, ты приполз…
– Да ударили они по тропе из минометов. Много утонуло, кого-то просто убило. Меня только оглушило чуток.
– Ты же раненый был?
– Да фигня, почти не болит. Олег тяжелый. Не знаю, выберется или нет.
Да и тебе скорее к доктору надо. Крови потерял ведро, наверное…
– В человеке столько нет, – успокоил я друга. – Слышь, чего делать-то будем? Как выходить, да и куда? Я ж вообще не понимаю, куда нас утащили партизаны.
– Где-то на севере от Воронежа. Сколько до наших, не знаю. Командиры партизан полегли, а только они знали дорогу. Этот, что со мной, простой рядовой. В окружении был, попал к партизанам, да так и остался. Четверо нас всего и осталось.
– То есть еще один из наших пропал, так? Партизаны говорили, что четверых нашли…
– Да, трое нас осталось.
Но если подумать, то я вообще один, и два полуживых еще, – усмехнулся Веревкин.
– Да уж, – грустно качнул головой я, – чего делать-то будем?
– Как-то вылезать надо. Точнее, залезать. Выбор-то небольшой, на болота, туда, где поглубже и побольше комаров.
– А я их чего-то и не ощущаю, – задумался я, – мертвых, наверное, не кусают.
– Сплюнь, на фиг! – выругался тихонько Веревкин.
– Да я скоро кишки выплюну, Валер. Сил нет, от слова совсем.
– Я ж говорю, крови много потерял. Спина-то как дуршлаг. Но вроде же тебе все вытащили?
– Да ни фига, – я опять кашлянул. – Валер, кажись, где-то один глубоко застрял. Может, какой глубоко ушел, а вы не заметили, когда вытаскивали. Крови было много, могли и пропустить…
– Да если бы и заметили, мы ж не хирурги. Наших навыков хватает только для быстрой обработки мелких ран. А у тебя, если и правда куда-то далеко влетело, нам не вытащить.
